Светорада Медовая

Однако едва он погрузился в дрему, как его разбудили приглушенные взволнованные голоса. Послышалась возня, кто-то торопливо встал, разжег пламя в очагах. Потом послышался вскрик, перешедший в глухой затихающий стон.

У молодой жены Аудуна начались роды.

Глава 4

Руслана родила сына – здорового, крепкого мальчишку, такого огромного, что просто дивно, как он вышел из маленькой хрупкой матери, не причинив ей особого вреда. Повитухи посоветовали Руслане отнести богатые требы Роду и роженицам[49 - Род – божество брака, покровитель людей и семьи у славян; роженицы – помощницы Рода, приносящие людям детей, благополучие в семье, хранящие семьи от болезней.

] за столь счастливое избавление от бремени.

Ребеночек уродился смугленький и темноволосый.

– Наша порода, – заявил Путята, увидев внука, и его суровые глаза увлажнились.

Аудун по обычаю окропил сына водой, приложил к нему свой меч, заявив, что сделает из своего младшенького настоящего воина, а потом вынес ребенка к людям. Имя же сыну позволил дать посаднику – это было и уважение, и верный признак расположить к себе тестя.

Путята просиял, назвав внука на славянский лад – Взимок.

В честь рождения ребенка и благополучного исхода родов у жены Аудун закатил пиршество на несколько дней. Это позволило Стеме и Светораде побыть какое-то время вместе, но после празднества воевода Нечай отвел Стрелка в детинец. Нечего под боком у жены отлеживаться, пусть послужит, а там, если проявит себя, и на побывку отпустят.

Нечай уже знал, как поступить с новым гриднем.

Несмотря на то что парень был молод и новичок в Ростове, воевода оценил его воинский опыт, как иной кузнец по крице-заготовке определяет, какой клинок из нее получится, и не намерен был держать Стрелка на вторых ролях. Вот Нечай и определил пришлого десятником, причем дал ему под руку наиболее нерадивых и неопытных воинов.

Подчиненные Стемы, конечно, не возрадовались, что их отдают под команду чужаку. И хотя уже знали, что он и из лука бьет отменно, и на копьях самому Скафти не уступил, все равно пришлый не казался им значительным: и ростом не вышел, и молоко еще на губах не обсохло.

К тому же Стрелок больше походит на бродягу и смотрится простым уным рядом с подчиненным ему воином Власом – давним дружинником ростовского войска, прибывшим сюда из самого Новгорода и не одну зиму прожившим в детинце ростовском. Однако Влас удержался тут не из-за какой-то особой лихости, а как раз, наоборот, умением не высовываться.