В объятиях Зверя

Эта женщина с каждой секундой вызывала в нем все больше и больше неприязни, при том, что выглядела она безупречно. Кто-то даже сказал бы, что светловолосая нимфа гораздо красивее Мариссы с ее черными, как ночь локонами и разноцветными глазами, которые практически резали непривычный взгляд.

Но Фьералин чувствовал все иначе. От нимфы разило странной, отдаленно знакомой магией. Как приторно-сладкой патокой. Обсидиановому эринию не стоило трудов противостоять этому воздействию. Но удовольствие от того, что его явно пытаются магически совратить, он точно не испытывал.

Кроме того, нимфа Харра с ног до головы казалась ненатуральной, искусственной. Лживой. И тигра это все больше раздражало.

Марисса же усиленно злилась, и Фьералин чувствовал ее эмоции практически кожей.

“Неужели ревность?..” – мелькнула отстраненная мысль, принесшая некоторую долю удовольствия, пока мужчина перехватывал руку блондинистой нимфы и с отвращением подносил к губам.

– Счастлив знакомству, красавица, – промурлыкал он, дивясь собственному актерскому таланту.

 – Мое имя – Лин, и я благодарю тебя за это заманчивое предложение…

– Но ведь он – мужчина! – воскликнула вдруг Марисса и даже топнула ногой. – Ему запрещено!..

Фьералин и Харра тут же обернулись к девушке. Эриний – с мыслью: “Ну точно ревнует”, а нимфа с властным ответом:

– Я – Верховная жрица духа Воды, и я принимаю решения. К тому же, раз дух пропустил Лина в Эденрейс, значит так нужно. Кто мы такие, чтобы спорить с Великим?

– Действительно, кто мы такие? – преувеличено повторил мужчина, покачав головой для красочности, пока жрица под руку уводила его прочь с берега.

А Марисса только покраснела от гнева, следуя позади них.

Оказалось, что нимфы живут небольшим селом, иногда напоминающим палаточный лагерь. На острове было очень тепло, а потому нужды в серьезных строениях не было. Здесь обитало около сотни женщин, каждая из которых самостоятельно строила себе домик-шалаш. А потому очень много жилищ представляли собой просто палатки из веток и широких листьев.

В них можно было максимум спать или прятаться от полуденной жары.

Пока Харра вела Фьералина через всё село к своему домику, оказавшемуся самым большим и серьезным, нимфы с изумлением разглядывали гостя, а он, в свою очередь, разглядывал их.

Оказалось, что большая часть женщин очень молода. Все примерно возраста Харры – не более тридцати лет. Все очень обворожительны и многие даже сумасшедше-красивы.