Проклятые не умирают

– И еще, – сказал он, оборачиваясь в сторону старосты, который уже возился с замком от кандалов. – Сообрази моей семье хороший ужин, а то от дорожной похлебки уже воротит.

– Да, ваше величество, – ответил староста чуть громче чем намеревался и наконец сорвал замок с ненавистного механизма.

У Васика подкосились ноги, и он упал; а когда староста хотел направиться вслед за королем, чуть не споткнулся об него, грязно выругался, сплюнул и побежал дальше, не обращая внимания на подоспевшего лекаря. Тому пришлось сделать небольшой финт, чтобы не столкнуться с бургомистром.

Несколько рыцарей в латах тоже двинулись за монархом, ткнув лошадей каблуками в бок.

– Повезло тебе, – сказал лекарь, выкладывая из кожаной сумки какие-то баночки. – Так ведь и подохнуть можно на солнце.

– Угу повезло, – буркнул Васик, стараясь руками разогнать застоявшуюся кровь на запястьях. – Ваш великодушный король снизошел до простого смертного.

Васик пошевелил головой, помассировал шейные позвонки, которые гудели

от зажимавшего их деревянного приспособления, затем попытался отчистить с лица грязь.

Он еще не осознавал, что сделало солнце и антисанитария с его рассеченной щекой. Глубокая рана проходила от скулы до самого уголка рта.

– Кто это тебя так приложил? – спросил лекарь, промывая рану тряпкой, смоченной в чем-то зловонном.

Зловоннее был только запах самого пациента.

Когда медик закончил, Васик увидел, что на тряпке остались обильные желтые пятна и ему стало не по себе.

– Я что гнию? Этот поганый мальчишка уже второй день меня дерьмом закидывает.

Вот поймаю и уши ему на затылке завяжу. И откуда только в детях столько жестокости?

– Гниешь, но самую малость. Поверь, я видел повреждения куда страшнее. Так кто это тебя?

– Вран. Сын кузнеца. Саданул меня подковой так, что я очухался уже прикованный раком к столбу. У него и так-то кулачища как моя голова, так он к тому же с подковой. Идиот.

Лекарь налил что-то прозрачное в небольшую колбу и протянул Васику.

– На выпей.

До дна.

– Что это? Пахнет как конская моча.

– Пей говорю.

Васик задержал дыхание и вылил содержимое колбы себе в рот. Он тут же сморщился, словно выпил прокисшее молоко. Жидкость пробежала по гортани, обжигая изнутри и нагоняя небольшие рвотные позывы.

– Ну и дрянь, – сказал Васик, сделав последний глоток. – Что это, костоправ?

– Как что? Конская моча, – усмехнулся тот. – Это нужно чтобы ты не орал на всю улицу пока я буду тебя зашивать.