Ветер с севера

Он словно всегда помнил, что, отстранив его, прямого наследника, знать избрала королем героя осады Парижа и победителя нормандских набезчиков графа Парижского Эда Робертина.[39 - Париж в 80-е гг. IX ст. подвергся двухгодичной осаде, во время которой отличились братья Робертины – Эд и Роберт. Старший Эд, после победы над норманнами, был возведен на трон Франции.] И хотя еще при жизни Эда Карла тоже короновали, едва он достиг пятнадцати лет, но до самой смерти Эда он не чувствовал себя истинным монархом. Да и сейчас его феодалы мало считались с ним, во многие франкские земли он мог въехать только с разрешения их истинных властителей.

А еще короля Карла донимал этот засевший в его северных владениях язычник Ролло. По совету придворных советников Карл даже отправлял к нему послов, которых тот и не подумал принять. Зато принимал у себя в Руане людей графа Роберта Нейстрийского, брата прежнего короля Эдда. Это было так унизительно, когда все феодалы видят, что вассала Карла принимают, а священная кровь Каролингов ничто в глазах дерзкого завоевателя.

И именно тогда, словно чтобы поддержать престиж Простоватого короля, его пригласил и предложил свою службу этот выскочка Ренье Длинная Шея. От радости Карл даже не придал значения тому, что Ренье замаран кровью его родича Цвентибольда из рода Каролингов. Однако потом Ренье осмелился просить у Карла руки его дочки Гизелы. Каков пройдоха! Этот Длинная Шея пусть и утвердился в этих краях, однако не имел никаких наследственных прав на Лотарингию, вот и рассчитывал возвыситься путем выгодного брака с принцессой!

Карлу всегда хотелось указать безродному правителю Ренье на его место.

Однако… он побаивался его.

Вот и сейчас Ренье – высокий, поджарый, с широкими плечами и мощной шеей, с коварной ухмылкой на змеящихся губах, глядит на Каролинга… А Карл так жалок перед ним – лоб покрыт бисером пота, взмокшие рыжеватые кудряшки слиплись, вздернутый нос без спинки утопает среди пухлых щек, неопределенного цвета глазки недобро выглядывают из-под тонких, едва обозначенных бровей.

Совершенно тщетно он пытается придать себе горделивый вид.

– Почему вас не было на утренней мессе вместе с вашим королем? – решился все же важно спросить Каролинг. – Вы не присутствовали также при выезде на охоту. Кстати, и ваш сын Гизельберт не явился приветствовать нас. Странные порядки у вас при дворе! А еще моя невеста жалуется, что пропала её статс-дама, благородная Автгуда, и едва удалось подобрать ключи к сундукам с платьями принцессы.