Продавец проклятых книг

Тело онемело, словно долго пробыло в неестественном положении.

Он попытался открыть глаза, но не смог, на них была повязка. Привязанные к подлокотникам кресла руки не могли пошевелиться. Но больше всего его испугала неподвижность ног, опущенных в какой-то металлический цилиндр, который на уровне колен завершался раструбом. Этот зловещий холодный металл невозможно было сбросить с ног или сдвинуть с места. Под пятками цилиндр изгибался, образуя что-то вроде носка, куда можно вставить ступни.

В уме графа возник образ странного железного сапога.

Но сколько он ни старался, не смог представить себе, для чего может служить такая вещь.

Жжение в желудке сменилось тошнотой. Могущественный граф Скало, авогадор Венеции, был в панике, и его тошнило от чувства бессилия. Он заметил, что здесь холодно и сыро, почувствовал запах плесени. Разумеется, он не в своем дворце на Риальто. Это, вероятно, какая-то тайная тюрьма. Откуда-то издалека до его слуха долетел плеск воды. Должно быть, тюрьма находится близко от портового квартала.

Внезапно граф вспомнил: его напоили снотворным! Эта шлюха Альтилия!

Попалась бы она ему сейчас в руки…

Вдруг он услышал звук шагов, доносившийся из соседнего помещения, они приближались к нему. Потом заскрипели дверные петли, и его лицо задела струя воздуха, значит, дверь находится впереди него. Она широко распахнулась.

– Альтилия, это ты? – неуверенно спросил граф.

Каждый слог доносился эхом, словно упавшая капля воды в известняковой пещере.

Из темноты ему ответил голос, звучавший как металл:

– Альтилии здесь нет.

Граф Скало вздрогнул. От страха у него невыносимо защемило в груди.

– Кто вы? – пробормотал он.

Ответа не последовало.

– Чего вы хотите от меня? – вновь спросил узник, а потом возмущенно крикнул: – Я авогадор Венеции! Вы не можете так обращаться со мной!

Эти слова бесследно растворились в темноте.

Послышались шаги многих людей. Вошедших было человек шесть или даже больше.

Какой размер у этой тюрьмы? Судя по звукам, вошедшие сели на стоявшие в ряд стулья, как члены суда на заседании.

– Что происходит? – спросил граф и попытался приподняться.

– Вы находитесь перед тайным судом Святой Фемы, – произнес тот же голос, который говорил с ним недавно. Мужской голос со славянским акцентом. – То свидание было специально организовано, чтобы доставить вас сюда.

«Святая Фема?» – мысленно повторил граф.