Дерзкие нарушители магического порядка

Он был силен, как дракон, кровожаден, как вампир, дерзок, как демон и смел, как оборотень. Я почти восхищалась им. Смущал лишь его нездоровый порыв овладеть мною. Во всех самых грязных смыслах. Он всегда приходил после сеансов в Проводнике. Но сегодня явился раньше. С любимым кнутом в руках.

Бросив взгляд на Кирана, Кант зловеще ухмыльнулся и подошел ко мне. Он не отрывал взгляда от принца, когда схватил меня за руку и дернул вверх, заставляя встать. В глазах Кирана в яростном танце заплясал синий огонь.

Он что-то говорил, но я не могла разобрать слов.

– Давай немного подразним твоего рогатого друга, – прошептал на ухо смотритель, обдавай шею жарким дыханием. Мне было противно. Всегда, когда он приближался слишком близко, когда шептал сальности или прижимался ко мне своим телом. И лишь браслеты-накопители сдерживали его от греха. Хотя бы на что-то заключенные могли рассчитывать – сохранность чести. Магистрами было строго запрещено любого рода сексуальное насилие, и накопители могли распознать, когда с нами обращались неподобающим образом.

Но Кант был не из тех мужчин, кто отступал от намеченных целей. А я была именно целью. Он не привык к отказам, и я даже могла его понять. Маг излучал власть, которая с легкостью пленила сердца наивных глупышек, ищущих защиты и опоры. Не одна девушка в колонии стала жертвой его обаяния. Смотритель многим обещал преждевременное освобождение или другие блага, едва ли не номер люкс со всеми удобствами и полную свободу действий.

Ходили слухи, что одну некромантку он даже вывел за пределы колонии, чтобы она подышала лесом. За все это он требовал самую малость… А когда игрушка ему надоедала, он просто находил себе новую. И не только он, так делали все стражи, пользуясь властью. И самое смешное, ведь не придраться. Все по доброй воле, никакого физического насилия. А моральное не считается. Моральное для таких, как мы, по мнению магистров даже полезно.

Но я не настолько слаба и бесхребетна, чтобы повестись на эти уловки.

И хотя я понимала, что играла с огнем, и однажды он обожжет так, что мало не покажется, все равно стояла на своем.

Вырвав руку из захвата Канта, я попятилась от него, продвигаясь вдоль стенки. И удалось мне это лишь потому, что он позволил.

Страж продолжал смотреть на Кирана. А тот переводил напряженный взгляд с меня на мага.

– Светлая богиня! – протянул Кант. – Похоже, у принца нехилый к тебе интерес.