Железный волк

Возможно, до неё можно добраться, если вскрыть одну из труб, но как это сделать в таком оживлённом месте? Скорее всего, это невозможно. Но где-то должно иметься слабое звено, например продажный служащий Стражи врат.

Кто-то добывает волчью кровь для вардари, а они перепродают её людям вроде матери и не думают о том, что всё это может вызвать волчью хворь.

Волки. Повсюду волки.

Взгляд Ювы привлекла фигура волка на вершине Очевидца. Он казался таким живым в столбе падающего из купола света. Зверь выгнул спину, шерсть вздыбилась, и он исподлобья взирал на проходящих сквозь камни людей.

Почему вы ожили? Почему сейчас?

Она вспомнила волка из леса, пенную пасть над своим лицом, и отвела взгляд. Здесь не место для учащённого сердцебиения.

Эстер сдала у ворот гостевой пропуск, и женщины разошлись в разные стороны. Юве больше всего хотелось отправиться прямо на Шкурный двор, но она пошла в сторону Фонарного переулка. Три стакана кислого пива придали ей оптимизма. Всё, что ей нужно, лежало в заплечном мешке, и одну ночь можно вытерпеть, чтобы выслушать всё, что мама хочет ей сказать.

Настроение ухудшилось, как только она зашла в дом. Место, где она выросла, не было похоже на другие. Дом казался живым. Воспоминания сидели в стенах и дышали. Чувствовали. Выжидали. Чёрный зал был похож на вход в Друкну. Здесь лежало её личное царство смерти, где все её желания подавлялись, а всё, что она презирала, поощрялось. Ложь, неуверенность, стыд. И страх…

Кошмары, потные руки и учащённое сердцебиение – всё это сопровождало её с семи лет.

За последние дни Юва выпила больше клыкарышника, чем обычно за месяц, потому что она знала, что должна вернуться сюда. Клыкарышник успокаивал сердце, но не мог изменить прошлое.

Юва заглянула в слуховое окошко, ведущее в приёмную. Там сидели двое, мужчина и женщина. Дверь в комнату чтения крови была закрыта. Хорошо: по крайней мере Сольде занята.

В камине под чёрной лестницей горел огонь, открытые галереи по обе стороны вытяжной трубы вели в библиотеку.

Там Юва всегда чувствовала себя в большей безопасности, чем где бы то ни было. Книги были наполнены судьбами, некоторые – хуже чем у неё, другие – лучше, и в них всегда можно было найти утешение после истерических приступов и вспышек маминых фантазий.

Юва зашла в вытянутое помещение, где книги заполняли обе длинные стены от пола до потолка. Выступающие части тёмных полок складывались в небольшие кабинки, где она любила прятаться.