Железный волк

Скоро появилась кружка, Рюген отхлебнул из неё и тут же поперхнулся. Он закашлялся, постучал кулаком по груди. Что, Друкна его поглоти, это такое? Напиток выглядел как пиво и пах как пиво, но он даже не мог подыскать слова, чтобы описать его вкус. Неудивительно, что это пойло так дёшево стоит.

– Это кипячёный солод, – сказал хозяин. – Ты привыкнешь.

– А почему, чтоб тебя Гаула забрала, я должен к нему привыкать? – спросил Рюген и засунул оставшиеся деньги в кошель.

Хозяин склонился к нему.

– Потому что от него не опьянеешь и не будешь капризничать, – он понизил голос, прежде чем продолжить.

 – Ты ведь здесь новичок, да? Многие не переносят пива, представляешь. От него слишком много веселья. Если люди приходят сюда, значит, они хотят пить меньше. Или пытаются набраться смелости и сходить к Кефле.

– К Кефле?

– К чтице крови, что живёт за углом. Она ещё совсем маленькая девчонка, но, говорят, она получше некоторых членов Ведовской гильдии. Грозная, как половодье. К тому же она отказывается читать пьяных.

Рюген закатил глаза. Зубная боль, волчья хворь, охотники на людей, и в добавок ко всему он завалился в кабак, где подают зерновой сок? Каких таких богов он разозлил? Но он отпил ещё глоток, прекрасно понимая, что всё могло быть и хуже. Например, он мог быть на месте Лейфе, которого прикончили в Узком проулке, а потом зашвырнули в труповозку.

Она убила его.

Лейфе был знакомым Алетты – кто же ещё мог совершить такое? Чудесная, на всё согласная Алетта… Способна ли она отнять у кого-то жизнь подобным способом? Представить такое невозможно, но больные волчьей хворью рано или поздно превращаются в диких зверей.

А когда Рюген навещал её в последний раз, она уже явно съехала с катушек. Если бы у него не хватило мозгов убраться от Алетты, сейчас он был бы мёртв. Она могла откусить его хозяйство! От такой мысли задрожала рука, которой он держал кружку.

А что, если она идёт за ним? Нет, с Алеттой всё кончено. Охотник никогда не ошибается, он найдёт её и вырвет клыки из мягкой пасти.

Алетта истечёт кровью и напоит камни, в точности как она и боялась. Ну и трагедия, чёрт её дери.

Рюген впихнул в себя ещё глоток так называемого пива и попытался утопить в нём воспоминания о теле Алетты. О том, как её зад колыхался в такт его движениям. Он бы предупредил её, если бы представилась возможность, конечно, предупредил бы. Но, надо полагать, всё уже закончилось. Он ничего не мог поделать, он сам едва унёс ноги.