Не щадя сердца

Пол никогда особенно не интересовался ювелиркой, но эти драгоценности необычайно взволновали его. Они напомнили ему необычные коллажи, которые любила когда-то давно составлять одна девушка из дорогих ожерелий своей матери, она их разбирала и смешивала с семенами или перьями. Маризоль тоже хранила молчание, видя, как внимательно Пол рассматривает драгоценные украшения. Погруженный в свои мысли, Пол не заметил, что привлек внимание еще одной женщины, которая издали с любопытством рассматривала его. Лорен Александер, ювелирный дизайнер, человек хладнокровный, сдержанность и строгий стиль которой столь контрастировали с ее произведениями.

Через некоторое время молодая женщина замерла, ее мраморное лицо на мгновенье застыло. Она что-то шепнула на ухо респектабельному немолодому мужчине, которого держала под руку, и быстро удалилась.

– Должна признать, что в них есть что-то необыкновенное, – вымолвила, наконец, Маризоль, решив прервать молчание, повисшее в воздухе.

Пол тут же вышел из оцепенения и продолжил беседу.

– Мне кажется, что я увидел то, что вам прекрасно подойдет. Посмотрите и скажите, нравится ли вам это, – сказал Пол, увлекая миллиардершу к одной из ближайших витрин, и указал на кулон. Это был продолговатый неограненный изумруд, почти правильный шестиугольник, утопленный в золотой оправе и окруженный венком сверкающих бриллиантов. Кулон был подвешен на простую черную кожаную нить. И это было дерзко и эффектно.

– Изумрудно-зеленый, как отблеск ваших глаз, и ничего большего.

Пол не лукавил, это украшение выглядело бы действительно чудесно на груди Маризоль.

– Благодарю вас за такой выбор. Я польщена. Думаю, что я буду биться, чтобы он достался мне. Пойдемте скорей на аукцион, а то начало пропустим.

Пол поклонился Маризоль и отправился к Роберто, который делал ему знаки от эстрады, где приглашенный по такому случаю оценщик готовился к торгам, напоминая участникам и зрителям цели благотворительного аукциона, а именно то, что все вырученные средства пойдут в пользу ассоциации, которая борется с голодом в Азии.

Рядом с Роберто стояла Лорен Александер, которая передавала аукционисту подробное описание и ярлыки на каждое украшение. Молодая дизайнерша была женщиной лет тридцати, облик которой сразу же производил необычайное впечатление – она обладала грацией античной статуи и была задрапирована длинным шелковым платьем розовато-бежевого оттенка, столь оттенявшего загар на ее лице.