Gothic love II. Крионика

– Как заперли, кто?

– Вы, разве нет? После вашего ухода дверь была заперта, я проверял.

– Ах, ты об этом, – сказанное Реймом развеселило доктора, и Сегаев негромко посмеялся. – Ты пытался воспользоваться ключом?

– Но Вы не оставили мне никакого ключа, – Рейм развел руками.

– А пластиковая карта? Что я выдал тебе еще на проходной?

– Пропуск? – начал понимать Рейм. – Значит пропуск – это и есть ключ?

– Вон там, видишь, красный индикатор? Маленькая лампочка на внутренней стороне короба? Это и есть замок.

– Сам не знаю, зачем я проверил дверь. Но тот факт, что она была заперта, меня несколько…

– Напугал?

– Насторожил, я бы сказал. Бояться мне нечего.

– Хорошо, – сказал доктор и, поправив очки, решил подвести разговор к главному. – Вот документы, их нужно будет подписать. Можешь прочесть, чтобы для тебя ничего не стало неожиданностью.

– Если Вы не собираетесь меня замораживать по частям, я согласен на все, – сыронизировал парень.

– Думаю, ты понимаешь всю серьезность данных бумаг, – он достал платок и портер лоб от выступивших на нем капелек пота. Он взглянул на потолок, прищурив глаза. – Жарко сегодня, нужно бы включить кондиционер.

– Хорошо, – сказал Рейм. – А потом?

– Потом анализы, но там быстро – и криоконсервация.

– Простите, на сколько лет Вы сказали меня крионизируют?

– Читай документы, Рейм, там есть все ответы на твои вопросы, – и, улыбнувшись, доктор встал с постели Рейма.

– Боюсь, у меня в голове лишь такие вопросы, на которые сам черт не сможет дать мне ответы.

– Ну, тогда до скорого, – и доктор направился к выходу. Дойдя до двери, он вдруг обернулся. – Рейм, – окликнул он парня, что погрузился в чтение. Тот поднял голову. Сегаев взял свой магнитный пропуск, висевший на тонком шнурке, на шее, и поднес к датчику. Дверь пискнула, индикатор стал зеленым, и доктор открыл дверь.

Договор очень быстро надоел Рейму, так как в нем было много профессиональных терминов, в которых он не разбирался. Для себя же парень отметил главное: процесс криоконсервации по своей сути – это заморозка тела при температуре от -80 до -190°, а система витрификации позволяет превратить жидкость в живых клетках в подобие сверхвязкой стеклянной массы вместо твердого тела.