Самозванка

 – Теплая дужка с гудением устраивается за моим ухом.

– Просто возвращайся домой, – шепчет она.

Мы всю ночь парим над деревьями, опасно раскачиваясь на подрагивающих скайбордах, и рассуждаем о том, как все изменится, когда его не станет.

Руины

В Викторию меня везут пять груженных солдатами аэромобилей.

Они не похожи на городские автомобили, которые летают на бесшумных магнитах. Эти военные машины оснащены подъемными винтами, чтобы удерживать такую бронированную массу в воздухе. Рев их двигателей заглушает все звуки внутри кабины, а лопасти рассекают лежащую под нами пустыню, поднимая песчаную бурю.

«Вы опаздываете на встречу, – шепчет у меня в ухе отцовский голос. – Ужин с Палафоксами».

Это всего лишь сирано Рафи, но он все равно меня пугает. Прошлой ночью я почти не сомкнула глаз.

Сегодня одежда сидит на мне как-то не так. Я тысячу раз одевалась как Рафи, однако без нее рядом со мной все кажется другим. Будто эти вещи действительно принадлежат мне.

Интересно, почему мы опаздываем?

Я поворачиваюсь к военнослужащей, сидящей на соседнем откидном кресле.

Она выше меня ростом, шире в плечах, операция превратила ее тело в боевую машину.

Сирано тут же напоминает мне ее имя:

«Сержант Тани Слайделл. Командует этим подразделением».

– Разве мы не должны быть уже на месте? – перекрикиваю я шум двигателя.

Она бросает взгляд вправо – проверяет дисплей айскрина.

– Еще восемь минут, мисс. Мы обходим руины.

Я выглядываю в ближайшее прямоугольное окно из армированного стекла толщиной в десять сантиметров.

Солнце стоит высоко, и в его лучах к востоку от нас простираются ярко-красные горы.

В этих горах прячутся мятежники, которые постоянно следят за руинами и ждут возможности напасть и сорвать спасательные операции Палафоксов. Именно поэтому в Викторию меня отправили в сопровождении армии – чтобы доставить быстро, в целости и сохранности.

– Для чего их обходить? – Мой голос дребезжит от вибрации двигателя.

– Таков приказ, мисс.

Проводим небольшую разведку.

Каждый раз, когда меня называют «мисс», я вздрагиваю. Никто в этой миссии – ни солдаты, ни пилоты, ни дипломатический персонал – не знает, что я самозванка и даже заложница. В новостных каналах нашу поездку называют дружеским визитом, который скрепит союз двух правящих семей.

Оно и к лучшему – так безопаснее, никто не сможет выдать меня. Вот только я чувствую себя ужасно одинокой.

Я всегда делилась своими тайнами с Рафи.