Самозванка

В отличие от башни моего отца имение Палафоксов не прячется на окраине дикой природы; оно располагается в самом центре подвластного им города, и из офиса Арибеллы открывается вид на его улицы.

Своими открытыми террасами и парящими в воздухе магнитными опорами Виктория походит на сказочное королевство по сравнению с приземистым невозмутимым Шривом. Вдали возвышается собор из эпохи доржавников; его каменный шпиль испещрен отблесками солнечного света, отраженного витающими поблизости стеклянными зданиями. Мимо окон, разгоняя вездесущих голубей, проплывают дроны, которые везут корзины с яркими цветами и фруктами.

Как и весь город, кабинет Арибеллы наполнен цветом. Здесь нет ни стола, ни главного настенного экрана. Только красные бархатные диваны, к которым она меня подводит.

Мы садимся вплотную, так, что наши колени почти соприкасаются.

– Должна признаться, – произносит она. – Я немного подглядела за твоим нарядом для сегодняшнего бала, и он изумителен. Позабочусь о том, чтобы Кол оделся соответствующе.

Несмотря на все слухи, гуляющие по сети обо мне и Коле, Арибелла желает породить новые. Показать всему городу, что ее семья способна заключить союз с моим отцом.

– Кол был очень добр ко мне, – говорю я.

– Ну конечно, ведь ты такая красавица, Рафия. – Она чуть склоняется ко мне и снова принимается рассматривать. – И все это без какой-либо операции?

На миг я теряюсь и не знаю, что сказать. Во времена красавцев и красоток внешностью не принято было хвастаться. Сейчас же каждый город имеет свои традиции.

– Мой нос мог бы быть меньше, – отвечаю я. Рафи с самого детства вечно жалуется на него. – Но папа не разрешает мне его менять.

Арибелла с сочувствием улыбается мне.

– Он все время твердит о твоей маме, красавице от природы. Возможно, в твоем лице ему хочется видеть ее.

– Я ее совсем не помню.

– Разумеется. – Она тянется ко мне и рукой приглаживает волосы. Ее прикосновение на удивление полно нежности. – Все знают эту историю – твой отец всегда получает желаемое.

Я не знаю, что на это ответить. Не получай отец желаемого, нас бы с Рафи не было на свете.

Во время похищения моего брата, Синена, мама оказала преступникам сопротивление. В нее стреляли четыре раза. И когда она, умирая, лежала на операцинном столе, папа попросил врачей сохранить ее яйцеклетки, чтобы впоследствии иметь от нее детей.

Мой отец создает собственную реальность. Иногда силой. Иногда технологиями.

Он вырвал нас с Рафи из забвения.