Тебе здесь не место

– И она в этом разбирается? – уточнил я.

– Думаю, что не очень, – пожав плечами, ответил Лог.

– Сделай одолжение – не общайся с ней. – Я надеялся, что он выполнит мою просьбу.

– Да я понял, что ты взъелся на девчонку. А есть из-за чего? – произнес друг.

– Для меня есть! – ответил, надеясь на понимание.

– Ладно, я понял, – все же согласился Ефим.

Я и сам задавался вопросом, почему столько думаю о ней. Эта девчонка каким-то образом засела в голове. Выкинув мысли о ней, еще раз проверил, все ли мы подготовили для субботнего вечера.

– Как думаешь, многие согласятся участвовать? – спросил у меня Ефим.

– Самые азартные точно! – ответил я, довольно потирая руки.

Субботним утром, когда весь жилой корпус был в нашем распоряжении, нам привезли все необходимое для игры.

Играть мы собирались в монополию. Но это была не та настольная игра с карточками, где скупаешь улицы и предприятия. Тут были другие ставки и другие интересы.

Я обычно выступал в роли ведущего и не принимал участия в играх.

Олеся

В пятницу вечером мне пришло сообщение о намечающейся вечеринке.

«Завтра в 20.00 на втором этаже в общей комнате состоится игра. Все подробности на месте!» – прочитала я.

Перечитала это сообщение три раза, прежде чем осознать, что это мне. Мысль о том, чтобы пойти и посмотреть, что это будет за игра, вертелась в голове вплоть до субботнего вечера.

В 19.50 я уже открывала дверь, выглядывая в длинный пустой коридор. Удивившись, что никого нет, отправилась в сторону лестницы. Когда спустилась на второй этаж, то поняла, что ничего не напутала. До меня донеслись звуки музыки. Я шагнула в сторону общего зала отдыха и, уже подходя к этой большой комнате, увидела толпу. Все оживленно болтали, пялясь куда-то в центр.

Я вошла в комнату и, увидев своего одноклассника, юркнула за спины школьников, продвигаясь внутрь, но не выходя на середину комнаты. Выбрала место, откуда меня было не видно, а я могла все разглядеть.

В центре комнаты находилось большое полотно с изображением игры, напоминавшей монополию. С краю лежали два огромных кубика. В центре находился лишь один человек, и в его руках был микрофон. Это был Руслан.