Жить ярче!

Хвостикова села, но расслабиться не могла. Постоянно оглядывалась, словно ожидая появления настоящих пиратов или ещё чего похуже. В небольшом зале стояли ещё три столика, но занят был только один. Два молодых парня, покрытых татуировками, громко спорили, чокаясь бокалами и разбрызгивая вино. Их раскрашенная кожа в пирсинге противоречила старинным нарядам с вышивкой и кружевами.

Она отвернулась, пытаясь найти хоть какую-то точку опоры, но меню расплывалось. Из-за игры теней всё казалось нереальным. Даже глаза Семёна мерцали, меняя цвет.

– Ты сказал, что Войну не хотели будить.

– Предрассудки, – коротко вздохнул он, не отрываясь от списка блюд. – Таких раньше считали ведьма. Думали, что и проснувшихся из них не получится…

– Я просто так не буду спорить! – завопили из-за спины.

Анастасия посмотрела через плечо.

– Хорошо, – зарычал парень с чёрным крестом через лоб и, вскочив, показал на неё пальцем. – Давай на неё!

– А мужик? – протянул первый с розами переплетающимися буквами «С3Н».

Крестоносец оскалился.

– В расход. Проигравший мочит. Выигравшему девка.

– Не уверен.

– Твой фантом из своего Бибирева не доберётся?

– Да пошёл ты.

– Давай! – взревел крестоносец.

Они упёрлись друг в друга решительными взглядами и подняли пистолеты. Чёрные револьверы угрюмо уставились в татуированные лбы.

– Смерть не наступит никогда.

– С три эН!

Выстрелы гулко прокатились по ресторану. Хвостикова взвизгнула от неожиданности, а вошедший официант испуганно посмотрел на трупы с развороченными головами.

– Что будете заказывать? – заикаясь, спросил он, оглядываясь в угол.

– Принесите два кофе, – попросил Семён и повернулся к бледной Анастасии. – Прости! Не думал, что так получится, у фанатиков обычно к вечеру обостряется.

– Зачем? – выдавила она.

Он протянул руку, накрыв её ладонь, но она дёрнулась и отклонилась назад.

Мёртвые тела быстро утащили бледные сотрудники ресторана. Мгновенно вымыли пол и прибрали за столом.

У Анастасии тряслись колени. Аппетит окончательно пропал. Если кто-то от стресса объедался, ей кусок в горло не лез. Хотелось спрятаться и обо всём забыть. Она никогда не видела смерть, такую близкую, страшную и совершенно бессмысленную.

– Понимаешь, – сохраняя хладнокровие, попытался объяснить сноходец. – Для фанатиков жизнь игра, они не ценят тела.