Ребекка

Эльфийские сапожки хорошо грели ноги, поэтому я не нуждалась в зимней обуви. Вместо меча взяла свой клинок. Понемногу пробираясь сквозь поток прохожих, я добрела до лавки эльфов, где покупала платье и сапоги, которые как раз были на мне. На импровизированном прилавке, состоящем из двух осиновых чурок и широкой доски, лежали шубы, полушубки, теплые цветные плащи с меховым подкладом и прочие меховые изделия.

– Извините, мне бы хотелось посмотреть эти плащи, не поможете с выбором? – я обратилась к молодому человеку, стоявшему спиной к прилавку.

Он вешал на гвоздики, вбитые в доску, искусно выполненные украшения: пряжки, заколки, повязки на голову с вышивкой, бусы и многое другое. Услышав, что к нему обращаются, он обернулся. – Э?зра?

Парень удивленно посмотрел на меня и приоткрыл рот.

– Госпожа Ребекка? Рад вас видеть, я думал, вы уехали из города. Я искал вас.

– Что ты здесь делаешь? – я была удивлена не меньше него.

– Работаю. Но… где вы пропадали? И что у вас с лицом?

Я коснулась своего виска и провела пальцами по еще не зажившему ожогу вниз по щеке, до подбородка.

Сердце мое сжалось. От досады стиснула зубы.

– Знаешь, это долгая история, – помедлив, проговорила я. – Сама еще со всем не разобралась. Говоришь, искал меня? Где и когда?

– На следующий день, когда мы должны были увидеться, я приходил к дому госпожи Геу?лы, но он оказался закрыт. Я решил, что вы куда-то вышли, и спустя время вернулся, а дверь по-прежнему была заперта. Ждал, но никто так и не пришел. Я спрашивал у соседей, и ни один не знал, куда вы обе пропали.

Кажется, вампир позаботился обо всем.

– Ты больше не приходил туда?

– Приходил. Я думал, что, может быть, госпожа Геула вернется, но…

– Но она так и не появилась, – перебила я.

Он удивленно посмотрел на меня.

– Да, ни тогда, ни потом… А что с ней? Она куда-то уехала?

Немного подумав, я сказала правду, врать ему мне не хотелось, да и истина все равно всплыла бы наружу:

– Ее больше нет.

Его лицо вытянулось, глаза округлились от удивления, брови поползли вверх.

– Как, нет? – недоуменно спросил он. – Она… умерла?

Я молчала.

– Когда? Когда были похороны? Почему ты никому не сообщила? – шокированный, начал заваливать меня вопросами, позабыв об уважительной форме.

– Это… – я думала, как подобрать слова. Как сообщить о том, что всеми обожаемая, милая, добрая старушка Геула оказалась чудовищем? – Давай лучше не здесь, – решила, что рынок – не лучшее место для подобных новостей.