Золото лепреконов

Запасливый лепрекон хранил вино в круглых бочонках из-под специй, размером с рюмку. «Так вот почему этот клавесин казался мне таким тяжелым – он был полон вина. А я и не знал!» – с восторгом подумал Зава. Вся еда сохла на нитках, свешиваясь пучками с проржавевших струн. Здесь был сыр, гора орехов, сухарики и еще что-то такое, о чем человеку лучше не задумываться. Но Миха задумался:

– Так ты, морда лепреконская, меня все это время обкрадывал! – Зава попытался схватить человечка, но тот вытащил из ножен шпагу, больше похожую на иглу.

– Только попробуй это сделать, и я клянусь, что проделаю в твоей пропитой головенке несколько лишних отверстий!

Шпага выглядела не то чтобы устрашающе, сильно напоминая старую сапожную иглу, но Миха предпочел не связываться.

– Я тебя не обкрадывал. Просто брал крошечку… время от времени. По человеческим меркам это ничто, но мне-то много и не надо, – попытался оправдаться Вицли Шмель. – К тому же, здесь почти все не твое, а нашего соседа, включая и вино.

– Вино у него доброе! – согласился Миха, сменив гнев на милость.

Ему все больше нравился этот маленький человечек. Было такое чувство, как будто напротив сидел второй Миха.

– Почему же я тебя раньше не видел? – спросил Зава, откупоривая первый бочоночек с вином. Его кадык нервно задергался в предвкушении, губы мучительно сжались и тут же расслабились, когда вино полилось в глотку.

Залпом опорожнив рюмку-бочонок, Миха не стал тянуться за второй. Он понял со всей очевидностью, что вина достаточно и удовольствие можно растянуть.

– Потому, что ты хотел продать мой дом, – скривился лепрекон.

– Э-э… ну, да… логично, – кивнул Зава. – Но, все же, мне кажется, что это не единственная причина. В крайнем случае, ты мог бы перебраться под пол. С такими-то запасами, без проблем можно перекантоваться седмицу и дождаться нового хозяина, который въедет сюда, когда меня заберут в Долговую Яму.

Длинная тирада утомила, и захотелось выпить еще. Миха посмотрел на лепрекона. Тот приглашающим жестом дал добро и Зава схватил два бочоночка. Один из них он, аккуратно раскупорив, поставил перед Шмелем, а второй любовно зажал у себя в кулаке.

– Так выпьем же за встречу! – крикнул башмачник, глотая вино.

– Под полом крысы, но есть и более серьезная причина оставаться в клавесине… ну, не в клавесине, а с тобой, – кивнул лепрекон, продолжая разговор.