Бывший

Обе побежали в детскую толкаясь и дергая друг друга за тоненькие косички.

– Я первая – Закричала Катя.

– Нет – я.

Ника улыбнулась, провожая их взглядом полным нежности и любви. Счастье, такое хрупкое. Смысл жизни. Если все страдания ради них – оно того стоит.

– Температуры не было больше?

– Не, все, уже оклемались. Вирус – как всегда. Можно уже завтра в садик. Ух, устала я с чертятами. Огонь, а не девки.

Мама устало вздохнула и присела на стул.

– Ты отдыхай, мамуль. Я сама теперь. Иди, поспи немного.

Ника отнесла пакеты на кухню, расставила продукты по полкам в крошечном холодильнике. Домашний телефон пронзительно зазвонил. Ника вздрогнула, замерла на секунду, а потом кинулась к трубке, сорвала, прижала к уху. Упала с высоты вниз, ожидая первого слова собеседника.

– Серебрякова.

Стон разочарования.

– Да, Слава.

– Ну что? Угомонилась?

Ника посмотрела на мать, но та пошла на кухню.

– Я все купила. Когда встреча?

– Завтра. Назначил на семь вечера в ресторане в Оперном.

– Нормальные! – Рявкнула Ника и руки зачесались от желания врезать по его наглой физиономии.

– Вот и отлично. Вероника, ты там смотри, договор мне нужен как можно быстрее, так что не тяни.

Ника почувствовала, как руки сжимаются в кулаки.

– Спокойной ночи, Славик.

– Серебрякова, ты мне там не мудри. Ты поняла, что я сказал?

– Поняла.

Бросила трубку. Телефон снова зазвонил.

– Слушай, я спать хочу.

– Ника, это Андрей.

Сердце ухнуло вниз, закружилась голова, а ноги подкосились. Рухнула на стул и прижала руки к груди. Бросила взгляд на дочерей – играются, молча у искусственной елки. Отодвинула трубку от уха. Опустит на рычаг и все исчезнет. Не смогла.

– Да.

– Ты не занята? Я так понял, ждала кого-то другого?

– Слушаю тебя внимательно.

Обойдется на такие вопросы ответы требовать.

– Я тут подумал может…встретимся?

– Нет! – Помимо воли не заметила, что кричит.

– Пойдем завтра поужинаем? Столько лет не виделись. Поговорим. Мы ведь не враги.

«Враги, мать твою! Мы враги! Ты мой самый первый враг и единственный!»

Ника прикусила губу до крови, пальцы на трубке побелели от сильного напряжения.

– Я завтра занята.

Тишина…Слышно его дыхание…

– Хорошо тогда послезавтра.

Теперь она молчит. Хочет закричать на него снова и не может. В горле застрял ком.