Черные вороны 2. Лабиринт

Я не хотел делать ей больно, но сжимал в объятиях еще сильнее, боясь оторваться, чтобы посмотреть на лицо и вытереть слезы. Потому что знал, эти несколько мгновений – последние… пока она не начнет меня ненавидеть. Это все, что у меня осталось от тех незначительных фрагментов жизни, когда мы были счастливы.

– Пап…. А где мама? – посмотрела мне в глаза, и мне казалось, что я сейчас сгорю, еле выдерживая ее взгляд, в котором еще светилась уверенность… – Позови ее, почему она не заходит?

– Карина, она не придет… – каждое слово словно колючей проволокой по горлу, разрывая его изнутри…

– Как не придет? Почему? Что ты такое говоришь? Мама-а-а-а… Мама-а-а… Позови ее… сейчас! Позови! – она била кулаками по моей груди, вкладывая в эти движения последние силы.

В голосе пронзительным аккордом зазвучали отголоски паники и злости.

– Доченька, родная… прости, – толчки кулаками все яростнее, в ее глазах – страх, ужас и отрицание. Грудь вздымается от срывающегося дыхания, а по щекам тонкими ручейками катятся слезы.

– Где моя мама??? Что ты с ней сделал?? Что??? Я хочу ее видеть… позови… позови немедленно… Мама-а-а… Мамочка-а-а-а!

В палату прибежали врачи и, еле удерживая ее тело пока она выгибалась и билась в истерике, вкололи ей какой-то препарат.

– Что ты с ней сделал… Боже… почему она не пришла… Приведи мне ее… Да что же это такое??? Мама… почему ты не идешь… Мамочка-а-а-а!

Она вырывалась, кричала, плакала, выкрикивая гневные слова, билась в истерике, постепенно успокаиваясь – только этот искусственный покой коснется лишь ее тела…

И ей не станет легче от того, что каждый ублюдок, который к ней притронулся, подох, как мразь.

Я выследил каждого. Первого нашел спустя пару часов. Он лакал в баре дешевое пойло, а уже через мгновение хрипел, хватаясь рукой за перерезанное горло, с недоумением пытаясь повернуться, чтобы увидеть, кто стоит за его спиной. Второго я застал в его собственной норе – тварь… он даже не думал прятаться, был уверен, что все сойдет ему с рук. На дикие вопли не сбежались ни соседи, ни милиция – никому не было дела до того, что происходит за тонкими стенами этого гадюшника. Третьего пришлось поискать – трусливый ублюдок уже понял, что на него открыта охота. Только это не помогло ему избежать последнего полета в его жизни – вниз головой, в открытый коллектор, где он захлебнулся таким же дерьмом, которым являлся сам.

***

– Анастасия Сергеевна, я привел подозреваемого!

Услышав знакомое имя, я еле сдержал ухмылку.