Черные вороны 4. Петля

Предлагал свою помощь, но я отказывалась. Это напоминало своеобразную войну. «Признай, что без меня ты никто», а я не признавала. Я хотела, чтобы меня считали талантливой. Точнее, я в этом не сомневалась, но без общественного признания это ничего не стоило.

Когда мы попытались пробиться на конкурс, я запретила отцу вмешиваться. Запретила давить на жюри, запретила даже звонить в приёмную комиссию. Я сказала, что если узнаю, что он помог, то никогда ему не прощу.

Если кто-то и мог подумать, что он испугался моих угроз, то только не я.

Ахмеду Нармузинову было глубоко наплевать на чье-то прощение, а на мое особенно, он просто хотел, чтобы я обломала крылышки и угомонилась.

Мы прошли первый отборочный тур и попали на сам конкурс. Это была победа… И сейчас я смотрела на электронное письмо и мне хотелось завопить от радости. Я схватила сотовый, едва он зажужжал, включаясь и высвечивая яблоко на белом экране.

Давай! Включайся! Я хочу, чтобы отец знал об этом. Меня приняли, я прошла! Мне нужно собираться и уже сегодня вылетать.

Сегодня-я-я-я! Наверняка, они долго думали… потом позвонил Козловский. Он увидел запись отборочного тура и выбрал меня. Он им сказал, что вот эту девочку тоже надо взять, что она талантлива, и это, наверняка, новая звезда и… Меня унесло. Я прям представляла, как Козловский звонит учредителям конкурса и говорит о том, что он хочет только меня, и без меня этого конкурса не будет.

Отец ответил не сразу. Любит он на линии подержать. А когда взял трубку, я набрала в легкие побольше воздуха и выпалила:

– Пап! Меня взяли-и-и-и.

В «Парад планет».

Он выдержал паузу, я даже слышала, как отец сказал кому-то очень тихо, чтоб убиралась. Послышался звон и где-то хлопнула дверь. Очередная девка. Я даже не задумывалась о них. Отца никогда не видели с женщинами. Он не заводил отношений.

– Ну, я рад. Молодец. Поздравляю. Когда вертушку готовить?

– Пап, надо успеть. Конкурс уже завтра, в столице. Сегодня вылететь.

– Иди, пакуй чемоданы, Лекса. Успеешь.

– Я говорила, что люблю тебя, папа?

– Не говорила. Можешь и не говорить, я и так знаю. И еще – без фокусов там. Сами с тобой поедет.

– Пап?

– Да.

– Ты точно ничего не сделал?

– В смысле?

– Ты ни на кого там не давил?

– Где там?

– Папа! Ты прекрасно меня понял. Меня на конкурс взяли без твоего вмешательства?

– Лекса, последнее, о чем я думаю – это вмешиваться в твою блажь. Выиграла – молодец. Играйся. Надоест – найдем тебе другую игрушку.