Черные Вороны. Реквием

А на улице в столице думаешь, не страшно? – прорычал и сдавил пальцами мои скулы. Я быстро заморгала, но взгляд не отвела.

– Везде страшно, но там страшнее… Там детей продают.

Он долго мне в глаза смотрел, словно пытался понять, не лгу ли я. Потом молча оттащил к машине и затолкал на переднее сидение. Когда не развернулся, а поехал по прямой, я с облегчением выдохнула. Выиграла. Странно, но хищник почему-то мне поверил и пожалел. Хотя он совсем не похож на тех, кто хоть кого-то в своей жизни жалеет.

Через несколько километров мы остановились на заправке, и Вор таки купил мне конфеты, а еще сэндвич и стакан с какао.

– Даша, значит? – спросил и снова музыку включил.

Я кивнула с полным ртом.

– Да-ви-на.

– Как? – он засмеялся, надкусывая свой сэндвич и выруливая на дорогу.

Я проглотила последний кусок бутерброда, запила какао и повторила:

– Дарина. А тебя как звать? Вор тебе не очень подходит.

– Ты назвала меня Вором? – снова улыбается, а я смотрю и понимаю, что отвести взгляд получается с трудом.

Красивый он, Вор этот. Очень красивый. Сейчас, когда совсем светло, я могла даже рассмотреть и щетину на скулах, и ровный прямой нос. А еще у него ресницы длиннющие.

– Да. Как еще? Ты не представился.

– Тебе кличку или имя?

– Ну я же тебе имя сказала.

– Макс.

Макс…Ему подходит. Я откинулась на сиденье и с наслаждением сунула шоколадную конфету в рот. Откусила половинку и, завернув в бумажку, хотела спрятать в карман. Внезапно резко повернула голову – Макс внимательно на меня смотрел, периодически бросая взгляды на дорогу.

– Ешь, мелкая, не жалей. Я еще куплю.

Наверное, именно тогда я и влюбилась в него.

Глава 7. Андрей (Граф)

Если не можете избавиться от скелета в шкафу, заставьте его станцевать.

(с) Джордж Бернард Шоу

Наконец-то самолет приземлился. Казалось, полет длился бесконечно. В голове – рой мыслей, они переплетались между собой, вытесняли друг друга, чтобы, в конце концов, запутаться в какой-то уродливый узор.

Слишком много вопросов, которые звучали, как вой сирены, разбивая вдребезги попытки проанализировать информацию.

Я ступил на первую ступеньку трапа и в лицо ударил пронизывающий ветер. За ворот пальто пробирался дождь, его ледяные капли расползались по позвоночнику трещинами озноба. Привет от родины – отрезвляющий, отдающий холодом, в унисон нарастающей тревоге.

На парковке меня ждал Александр Владимирович по кличке Афган – один из приближенных людей отца.