Любовница Президента

Не то я испорчу всю твою никчемную гадскую жизнь! Выйдешь под номером пять. На. Прицепи на бретельку пеньюара.

Я автоматически взяла номер и приколола булавкой к кружеву.

– Вот так. И улыбайся!

Девушки уходили по одной и больше не возвращались. С каждой минутой моя паника становилась все сильнее. Я как будто начала осознавать, что происходит, и от этого у меня жутко захватывало дух и замирало сердце.

– Номер пять!

– Иди!

Рыжая подтолкнула меня.

– Иди, тебя вызывают. Давай! И не бойся.

Если реально понравишься крутому чуваку, все зашибись у тебя будет. Поняла? Потанцуй, поулыбайся. Ты очень красивая. Слышишь? Очень! Может, и наладится все и…жизнь новая будет! Содержанкой самого президента станешь!

Я истерически рассмеялась. Хохотала, глотая слезы. Содержанкой президента….

– Надо смочь. Кроме тебя здесь о тебе больше никто не позаботится! Иди!

Меня провели по узкому коридору, застеленному ковровой дорожкой, в темное помещение, похожее на зал. Освещена только сцена с шестом, играет музыка, и голос говорит на трех языках по очереди, в том числе и по-русски.

– Номер пять. Брюнетка. Вес – 49 килограмм, зеленые глаза, белая кожа. Размер груди четвертый. Рост метр шестьдесят пять. Девятнадцать лет….

Он говорит, а меня трясет. Я никогда не представляла, что со мной такое может произойти. Мне приказывают снять пеньюар, и я как сомнамбула подчиняюсь.

– Минимальная ставка…

Я иду к шесту. Кручусь вокруг него. Трусь об него спиной и плачу.

Я не могу остановиться. У меня не получается только улыбаться. Я плачу и, как марионетка, растягиваю губы в идиотской усмешке. Снимаю лифчик.

– Ставка сделана. Время пошло.

Он озвучивает новую цену и снова дает время. Те суммы, которые я слышу, не укладываются у меня в голове. Мне кажется, что так не бывает. И такие деньги…Они безумно огромные, и в то же время человек бесценен. Его же нельзя купить.

Я хожу по сцене, и мне шикает кто-то из-за штор.

– Танцуй! Верти задницей! Что ты стала? Давай! Ставки растут!

– Невиданные суммы! У нас осталось всего два участника, господа! Остальные сошли с дистанции! Пусть наша девушка снимет трусики! – продолжает голос на трех языках.

И русский из них второй.

– Давай! Раздевайся! – шипят мне, и я стаскиваю трусики дрожащими руками.

– Обалдеть! У нас самая высокая ставка за время существования аукциона! Предложена для того, чтобы наша русская красавица оставалась в трусиках.