Падение Хана

Его масляно-голубые глаза, так не вписывающиеся в азиатский разрез, сверкнули.

– И?

– Она его боится и ненавидит, как мы и рассчитывали. Зази поработал на славу. Я знала, что он лучший в своем деле.

Мужчина взял руками жирный рис с кусками мяса и отправил в рот. Масло потекло по его усам, и один из стоящих рядом слуг промокнул их салфеткой. Его за это отшвырнули в сторону.

– Я вложил в это дело целое состояние, я рисковал и, если хотя бы что-то обломается, я лично раздавлю твою голову, как орех.

Женщина усмехнулась полными сочными губами и приблизилась к столу. Она боялась и одновременно с этим восхищалась этим жутким человеком. Единственным, кто в своей жестокости мог переплюнуть ее племянника и отца. Тварей, которые ее предали и вышвырнули, как последнюю шавку.

– Я должна была вернуться в этот дом. Он принадлежит мне. Отец выжил из ума и во всем потакает своему любимому внуку, приютил эту русскую тварь и нянчится с ее детьми.

Я хочу, чтобы их жизнь превратилась в ад, хочу, чтобы они все сошли с ума от боли и от горя. И….я хочу, чтобы это сделала ОНА. Не в этом ли высший смысл мести? Но на все нужно время.

– А если он ее вышвырнет? Если ты сделала пустую ставку, и Хан, убедившись, что это не его жена, попользует ее и свернет ей шею?

– Не свернет!

Цэцэг села на стул напротив и положила пухлые ладони на край стола. На пальцах-обрубках сверкнули фамильные перстни Дугур-Намаевых.

Это единственное, что отец не посмел отнять. Перстни, подаренные старшей дочери матерью.

– Он никогда не будет уверен в этом до самого конца. Это будет сводить его с ума. Отталкивать и притягивать. Я хорошо изучила своего племянника. Ведь можно стереть родинки, восстановить девственность, но куда деть манеру речи, жесты, привычки. Он будет сомневаться всегда…мучить ее, себя и дуреть. Они все увязнут в этом сюре.

Ее глаза фанатично засверкали, и она сжала руки в кулаки.

Этот план был выношен и выпестован ею в изгнании. Она обдумывала каждый пазлик, каждую молекулу этого пазлика. Она нашла таких людей, которые высчитали и выверили для нее все.

– Мне плевать на твою месть, Цэцэг. Я не затем тебя кормил и давал тебе деньги. Мне нужны шахты, нужны прииски. Я хочу свергнуть империю Дугур-Намаевых. А ты получишь за это прекрасные отступные, которых хватит даже твоим правнукам.