Любовь яд

Надежды не оправдались. Жена стояла за дверью с заплаканным лицом и вечным упреком в глазах. Артур сухо чмокнул ее в щеку, снял грязные туфли и прошел в залу, сел на белый кожаный диван, закинул ногу за ногу. Раздражение нарастало постепенно, издалека.

– Ты почему да сих пор не собралась? У нас важная встреча вечером, – он щелкнул пультом от телевизора.

Алена подошла к нему сзади, он физически ощущал ее ярость, но ему было наплевать, сейчас начнет орать. Словно в ответ на его мысли Алена закрыла собой телевизор и прошипела:

– Собралась? Ты со вчерашнего дня не был дома, тебя не было всю ночь и весь день! Ты не ответил ни на один мой звонок, и ты просто так приходишь и спрашиваешь, почему я не собралась?

Только ее истерики сейчас ему не хватало.

Итак неприятностей хоть отбавляй.

– У меня сдохла батарейка, я устал и ночевал в офисе, – прозвучало фальшиво. Прошлую ночь он провел в стриптиз-баре с друзьями. Набрался до такой степени, что ночевал в машине.

– Врешь! Ты опять врешь! Я никуда с тобой не пойду, никуда, слышишь? Я вообще уйду к матери, а ты останешься один.

Артур молча закурил, глядя сквозь нее, пытаясь все же смотреть на экран телевизора.

– Тебе помочь вещи собрать? Управишься сама? А то ты вроде как ничего не умеешь, так я помогу – только скажи.

Алена яростно швырнула в его сторону вазу, та с грохотом разлетелась на мелкие кусочки, но Артур даже не вздрогнул.

– Ты – сволочь. Чернышев, ты использовал меня как игрушку для своих целей, а теперь я тебе стала не нужна.

Я все расскажу отцу про то, как ты со мной обращаешься. Не думаю, что он останется к этому равнодушным. Вышвырнет тебя с компании и…

Артур оказался возле жены молниеносно, словно не просто слышал все, что она говорила, а был готов и к последним словам, он схватил ее за плечи и резко тряхнул. Белокурые волосы Алены взметнулись веером и упали на заплаканное лицо. Когда-то она казалась ему красивой. Не то чтобы Алена сильно изменилась, просто жена ему надоела.

Приелось все: и ее красота, и ее упреки, и ее любовь.

– Ты меня шантажируешь? Ты прикрываешься своим отцом как щитом уже восемь лет, чертовые восемь лет ты ставишь мне ультиматумы и пытаешься давить на меня. Посмотри на себя – разве ты жена? Ты жрать готовить не умеешь, за тебя все делает домработница. Вот сейчас я вернулся голодный и уставший, ты спросила меня, хочу ли я есть?

Алена пыталась высвободиться, цепляясь руками за его запястья.