Волчья любовь

Резко повернулась к служанке, которая тут же опустила глаза. Схватила ее за руки.

– Не смей никого звать. Он жив! Он дышит! Я не позволю читать заклинания!

– Это всего лишь оболочка….он уже далеко от нас. Разве вы не видите?

– Не вижу! Уходи! Я ничего не вижу и видеть не хочу! Еще один день и сами банахиры вынесут его в склеп по приказу Азизы.

Я вскинулась и посмотрела на служанку, а она обернулась по сторонам и тихо сказала мне.

– Я слышала как они говорят об этом. Завтра будет принято решение умертвить императора.

И законы позволяют им это сделать. Если он не приходит в себя более тридцати дней, не подает признаков жизни, не обращается – это значит, что его тело уже душа умерла, а тело…тело надо отпустить.

– Отпустить? Никогда! Я не отпущу его!

– Вас просто уберут отсюда…

– Мне нужно еще несколько дней. Лекарство поможет!

– У вас нет этих дней!

Тяжело дыша встала со стула, посмотрела на служанку. Боже я даже имени ее не знаю.

– Таяна. Меня зовут Таяна. Я родилась в этом доме и с детства прислуживаю госпоже Анисе.

– Отведи меня к своей госпоже!

– Вас никто не пропустит на ту часть дома.

– Раздевайся!

– Что?

– Снимай свою одежду. Я ее надену и пройду туда.

– Если меня кто-то найдет здесь без вас…

– Сюда никто не приходит. Оденешься в мое платье и накидку. Тебя примут за меня и даже не войдут сюда. Мне нужна твоя помощь. Мне и твоему императору! Нам нужно время!

***

Я пробиралась по коридорам, стараясь быть неприметной и опускать голову при встрече с членами императорской семьи.

В одежде прислуги на меня никто не обращал внимание и беспрепятственно пропустили на ту половину дома, где жили сестры Вахида. На мне были отличительные цвета ее семьи в виде синей повязки на руке.

Возле спальни принцессы я остановилась, набрала в легкие побольше воздуха и постучала, потом вошла.

– Принесла ужин?

– Нет…пришла просить спасти вашего брата?

Она резко обернулась от зеркала, выронив из рук расческу.

– Ты! Как ты…что тебе нужно?

– Завтра ваша сестра объявит Вахида мертвым.

Его просто умертвят и похоронят в склепе. Его…его убьют.

– Я ничего не могу сделать.

Она отвернулась, подобрала расчёску и провела по красивым черным волосам. ЕЕ рука слегка дрожала.

– Он живой. Я смогу его вылечить! Это убийство! Нельзя его хоронить!

– Таковы наши законы. Для всех нас он уже мертв.

– Он жив! Он дышит! Его сердце бьется!

– Но его душа далека от тела, его волк далек.