Жена Хана

– Смотри, Генрих, кто к нам пришел?

Захотелось развернуться и бежать прочь так быстро, чтоб в ушах свистело, но я решительно пошла вперед. Ни за что не покажу этому старику свой страх и слабость.

– Ангаахай? Или называть тебя как-то иначе? Внук придумал тебе имя, но у тебя имеется и твое настоящее… – акцент похож на акцент Тамерлана. И голоса у них тоже похожи.

– Нет, Ангаахай – мое настоящее имя.

Никаких эмоций в глазах Батыра, и ворон нервирует пристальным взглядом, чуть склонил голову и смотрит на меня так, как будто сейчас вспорхнет и выклюет мне глаза.

– Присаживайся. Завтрак будет с минуты на минуту. Сегодня ты выглядишь иначе…, – осмотрел меня с ног до головы, заставив то бледнеть, то краснеть. Да, я тщательно готовилась к этой встрече и оделась скромно, не броско в светло-голубых тонах, волосы заплела в косу. Зимбага лично помогала мне выбрать наряд и прическу.

– Не думаю, что это будет иметь значение, если ты ему не понравишься, то не важно – во что будешь одета… а если понравишься… хотя это из разряда фантастики, то понравишься и в самых отвратительных тряпках.

Но Батыру Дугур-Намаеву не нравится никто, кроме него самого и его обожаемого внука.

Я села напротив старика и покосилась на ворона, который спрыгнул с плеча хозяина на стол и, осторожно ступая по краешку, двигался в моем направлении.

– Это комплимент?

– Нет. Констатация факта.

Он и не думал быть со мной приветливым. Оказалось, что я на это рассчитывала… хотя бы даже в виде лицемерия, но я ошиблась.

Вошел слуга с подносом. Начал расставлять перед нами чайник с ароматным чаем, чашки и нарезанные треугольниками кусочки жирного, слоеного пирога, украшенного вишнями. Мне услужливо налили чай и положили в блюдце кусочек сладости. Я поблагодарила слугу и поднесла чай ко рту.

– Думаешь, я позвал тебя для милого семейного завтрака? Для меня ты дешевка – хоть в тех шлюховатых тряпках, что в этом наряде.

Едва коснулась губами ароматной жидкости, обожгла губы и не отпила.

– Сколько ты хочешь за то, чтобы исчезнуть навсегда из жизни моего внука?

Быстрый взгляд на морщинистое лицо, покрытое пигментными пятнами. Смотрит прямо в глаза так же плотоядно, как и его ворон. Нет, не похотливо, а именно плотоядно с желанием отклевать кусок мяса и сожрать. И мне вдруг приходит в голову, что это он сделал… он приказал похитить меня и обставить все так, будто я сбежала. Это он хотел от меня избавиться. Я резко поставила чашку на стол.