Шоколад с морской солью

Выругавшись, мужчина, раздражённый собственной неловкостью и позабыв о проклятых скользких пуговицах, вышел на балкон. Болезненная метаморфоза, произошедшая с Пабло за прошедший год, преобразила его до неузнаваемости: из щеголеватого модника со вьющимися смоляными волосами, зачёсанными на идеальный прямой пробор, он превратился в дряхлого седого старика – слабого, сутулого, неряшливого. Встречая в зеркале своё усталое отражение, он страдал, но сделать ничего не мог – сил поддерживать в себе прежнего дона Осорио больше не осталось.

Как, впрочем, и желания смотреть на себя в зеркало… Одна единственная радость оставалась в его жизни – созерцать, как по утрам среди плотной бездонной синевы ночного неба медленно разливается пурпурное золото наступающего дня…

Ранним утром третьего января восход солнца был особенно красив; своей нежно-розовой акварелью он прикоснулся к далёким облакам и слегка позолотил тёмные холмы на горизонте, покрытые густым лесом. Блаженная тишина на мгновение окутала город… Насладиться столь редким чудом в мегаполисе можно лишь в короткие предрассветные минуты.

«Осталось чуть меньше четверти часа, как шумно захлопают ставни, зарычат мотоциклы и завизжат клаксоны нетерпеливых машин», – с досадой подумал старик и с жадностью вдохнул в свои лёгкие утреннюю свежесть, словно только что вынырнул из-под толщи воды на поверхность. Закашлялся. Взгляд усталых, мутных от слёз глаз устремился вдаль, и душа, очарованная великолепием рассвета, на какой-то момент покинула немощное тело, устремившись далеко за горизонт. Он ощущал это мгновение как никогда прежде, желая во что бы то ни стало его продлить. Пабло тот самый философ, что не написал ни единой строчки, и неутомимый странник, чьи пути уже больше никуда не ведут… Сожалея обо всём, что так и не успел сделать, и горько оплакивая людей, что покинули его так внезапно, задумался… Нет у него свободы умереть сегодня, душа повязана… Долги. Неоплатные и не прощённые. Нет покаяния перед самим собой, а значит, не будет Рая. Не будет покоя. Не будет Ангела рядом, чтобы взять в тёплые, ласковые ладони душу Пабло и поднять высоко-высоко в небо за безмолвные облака и унести в бесконечность… Да так чтобы перед смертью посмотреть на землю с высоты небес, как это делают птицы, а после не важно. Всего разочек… на одно короткое мгновение обнять взглядом бескрайний простор и стать его частью… Но Пабло не взлететь. Распят угрызениями совести и намертво прикован к проклятому старому балкону.