Хороший актёр. Я сильнее

Первое, что она почувствовала – это горько-сладкое какао, за которым раскрылся воздушный бисквит с привкусом кофе. Синтез сладости крема и горчинки какао и кофе, на взгляд Эшли, был самым гениальным во всей кулинарии. Эшли медленно проделала то же самое со вторым кусочком. Отрезала, повертела вилочкой, чтобы разглядеть его со всех сторон. Прикрыла глаза…Затем она сделала маленький глоток сладкого рафа. И улыбнулась.

– Никогда не понимал людей, пьющих кофе. – заговорщицки начал Чарльз. – Это жалкое подобие напитка.

Девушка поднесла стакан к губам и оставила руку в таком положении от удивления. Она могла терпеть колкости Чарльза, его самодовольство и шутки, но это стало последней каплей. Эшли нахмурилась.

– Откуда такие выводы? – сдерживалась она.

– Пробовал. – хмыкнул блондин.

Эшли с притворным пониманием закивала, перебирая в голове варианты кофе, которые могли не понравиться Чарльзу. Американо? Латте? Фраппучино?

– Если ты не любишь кофе, значит, просто не нашёл свой вкус. – заключила девушка и наконец сделала большой глоток сладкого рафа.

– Я быстрее по универу в твоей юбке прогуляюсь, чем когда-либо ещё выпью эту дрянь. – нагло ответил он.

– А давай пари, – сказала Эшли, облокачиваясь на стол, сокращая расстояние между своим визави, чем вызвала ухмылку у блондина. – Если до конца этого года, ты выпьешь стакан, чашку, кружку кофе, не важно. То ходишь по универу в мини-юбке (моя на тебя не налезет, но, думаю, одна из твоих подружек обязательно поделится). – любезно заметила она.

Споры и пари были слабостью Эшли. Она не могла устоять перед возможностью стать первой ещё в чём-то. Азарт для неё был так же важен, как для рыбака удочка.

– Если этого всё же не случится… – Эшли посмотрела в потолок, стараясь придумать что-то.

– То ты бьешь татуировку с моим именем. – закончил Чарльз и протянул правую руку девушке.

Рэй и Джонатан издали одобряющие звуки, больше похожие на распевку буквы «о». А Мейсон шёпотом сказал девушке:

– Эшли, не стоит.

Девушка проигнорировала его. Она хитро улыбнулась, глядя на оппонента:

– Где?

– Под грудью. – с вызовом ответил Чарльз.

– Сойдёт. – протянула руку она. – Джонатан, разруби.

Барабанщик разрубил.

– Смело, смело. – закивали Рэй и Джонатан с явным интересом.

– Зря, – только и сказал Мейсон.

* * *

– Ангелочек до сих пор дуется на малыша Энви. – в своей манере сказал Чарльз. После его слов Рэй вручил несколько баксов Джонатану и Чарльзу.