Механические птицы не поют

Несколько раз она переносила свой визит, присылая надушенные записки Хенрику, но в ближайшие дни обязательно должна была появиться в пабе.

В тот день Уолтер спустился в зал к обеду. Утром он успел сходить к морю, умыться ледяной водой и послушать прибой. Потом вернулся домой и проспал еще несколько часов.

Хенрик сидел за стойкой и читал газету. Уолтер издалека узнал вензель в названии. «Парнас» – газета, чьей статьи об убийстве герра Хагана ждал весь город.

– Ну что, их Пишущие уже нашли убийцу и выдали его толпе? – усмехнулся Уолтер, садясь на стул.

– «Редакция “Парнаса” отказывается от любых комментариев по поводу убийства герра Хагана Хампельмана и его жены, фрау Марии Хампельман до проведения конференции», – процитировал он, не отрываясь от газеты.

– Уолтер, ты проснулся! Хочешь кофе? – рядом словно из ниоткуда возникла сияющая Василика с подносом, полным грязных тарелок.

– Очень, солнышко, только о нем и мечтаю, – улыбнулся ей Уолтер.

– Так подвинь аккуратненько Хенрика и свари мне тоже – я с утра бегаю, устала!

Через секунду ее у стойки уже не было.

Уолтер тяжело вздохнул – он никак не мог привыкнуть к простоте здешних нравов.

– Нет, ну ты слышал? – риторически спросил он Хенрика, так и не оторвавшегося от газеты.

– Слышал, как не слышать. На меня тоже вари, – коротко ответил он, отодвигаясь от печки.

Пока Уолтер возился с песком и джезвами, сверху спустился еще один поздно просыпающийся постоялец. Чародейка Сулла появлялась в обеденном зале в полдень, а потом пропадала до ночи.

Наверное, пыталась наняться на корабль.

Почему у нее не получалось, Уолтер уже понял. Единственным волшебством, которое она показала за все это время, были несколько искорок, которые она стряхнула с ладони.

На Альбионе гораздо реже пользовались услугами чародеев, предпочитая развивать технику. Но за время жизни в Лигеплаце Уолтер успел сделать некоторые выводы о представителях этой профессии.

Отец обеспечил Уолтеру блестящее образование. Городской университет Альбиона, считающийся лучше всех на континенте, Уолтер закончил с отличием.

Но вопросам магии там уделялось удивительно мало времени. Магия считалась пережитком и варварством. Ирония состояла в том, что едва ли не единственной постоянно использовавшейся там магической вещью были антимагические экраны. Чародеи никогда не отличались щепетильностью и исправно поставляли экраны на Альбион, где привыкли дорого платить за свои прихоти.

Альбион всегда был прогрессивен.