Порочестер или Контрвиртуал

Я был просто убеждён, что такая добрая, отзывчивая женщина не откажет страдальцу, замученному остеохондрозом, в смиренной просьбе о помощи. Она всегда симпатизировала мне как дружку её обожаемого Порочестера. Да и лишний клиент ей – ох как не помешает. Деньги-то нужны поди. Такой гордой особе, как бы ни была она неприхотлива, трудно пробавляться в одиночку, на том и строился расчёт, – ах я циник.

Не буду долго рассказывать, как я к ней подбирался, скажу одно: всё вышло так, как я и предполагал. В ответном письме мне был назначен день и час сеанса.

(Умница Лена даже не стала задавать мне лишних вопросов, на которые у меня были заготовлены – так и пропавшие зазря – остроумные ответы.)

Оставались нюансы. Например: когда и как сорвать со всей этой хитроумной конструкции покрывало тайны. О Порочестере-то я Лену не предупредил. А меж тем мы собирались вторгнуться на её территорию – и преподносить хозяйке такой сюрприз без её ведома и позволения было бы, мягко говоря, хамством. А я – хоть и бездушный человек, сухарь, но не хам.

Да и самого Порочестера следовало бы подготовить. Но я всё медлил – боялся, что, узнав правду раньше времени, оба от смущения дадут задний ход. Чёрт бы подрал эту штуку под названием «любовь» – проклятье (пусть и виртуальное!), которое вечно встаёт между людьми, всё портит и делает непреодолимо сложным то, что для безразличных друг к другу людей было бы проще пареной репы.

Случайно проговориться друг другу они не могли. Личка их пугала, а я сильно сомневался, что Порочестер станет обсуждать такое интимное дело, как массаж, на глазах у всего Рулинета.

И то хорошо. В конце концов я решил не заморачиваться и действовать по вдохновению.

А пока мы с Порочестером занимались его экипировкой и наша суровая мужская дружба крепла с каждым днём.

Всё-таки здорово мы это придумали – ателье на дому! Погружает в реальность вернее верного. Тут уж одним скайпом не ограничишься. Челноком сновали туда-сюда друг к другу на примерку («Иначе ведь невежливо, дружище!.

.»), контактировали тесно и телесно, обрастали вкусными подробностями. Поначалу я сам предпочитал ездить к нему – и мотивировал это тем, что, мол, ведь Порочестер – человек занятой, нужный обществу, а я – бездельник-фрилансер, мне и времени не жалко. На самом же деле мне просто очень трудно впускать в своё личное пространство инородные тела в виде посторонних людей. Прошло не меньше недели, прежде чем я, наконец, преодолел этот внутренний барьер.