Чёрное сердце. Часть 2. Смерти вопреки

Пробраться на Небо, чтобы только узнать: не здесь ли душа полукровки?.. – тянет ласковым тоном всезнайки. – Друг мой, да ты влюблён в девчонку! – уличает пренебрежительно. – Досадно и смешно, Зепар. Смертная умудрилась пленить великого соблазнителя Ада. Разнежить суровое чёрное сердце. Ты жалок в своих чувствах и очень уязвим, – расплывается ироничной улыбкой. – Будь примерным демоном. Прими предложение, а я расскажу, что знаю…

Грозно соплю, стискиваю зубы, гляжу исподлобья. Выскочка-пернатик! Смеет утверждать, что я влюблён в Ивакину?! Бред чистой воды! Вот ещё!

– Перестань артачиться, – протягивает снисходительным тоном Габриэль.

 – Дьявол тебе никто! Изгнал, отказался, унизил и лишил дара, – с упоением давит на очередную больную мозоль. – В тебе душа Сашиэля, задатки демона. Зепар! Ты – Мата Хари в штанах! Да мы сделаем из тебя нечто более усовершенствованное, – понижает многозначительно голос полный неподдельного восхищения. – Таких, как ты, не будет! Ты же не против стать могущественней остальных существ, правда?

Сердце предательски выдаёт скоростной удар, даже душа замирает в предвкушении.

До боли приятные воспоминания собственной мощи и власти блаженной негой растекаются по тщедушной плоти. Зацепил! Нашёл ещё одну слабость и играет на ней!

– Скажи мне, друг, – архангел прячет руки в карманы брюк и вальяжно перекатывается с пятки на носок, – какая женщина не любит власть и деньги? – недолго молчит, якобы ожидая ответа, но на деле яснее ясного – он ему не нужен. – Станешь равным дьяволу, Ивакину искать не придётся – сама прибежит.

Насколько знаю, ни одна женщина ещё не устояла против твоих чар. Умножь свои силы во стократ – и полукровка свихнётся от любви.

Идеальный вариант – получить всевластие и господствовать во всех мирах. Кхм, слишком гладко, аж приторно. Соглашаться не спешу. Бесплатный сыр только в мышеловке. Габи ни за что не даст таких сил, перед этим не обезопасив Небеса и ангелов. Полагаю, подсунет контракт-ограничение. Что ж… Удивляться нечему.

Габриэль, в который раз доказывает: умён и хитёр.

Остаётся лишь досадовать – замечательное предложение, а поступает так не вовремя.

Неутешительные мысли назойливо гудят, сводя меня с ума.

Твою мать, почему все, кого встречаю, о любви говорят? У меня, что на лбу об этом написано? Понимаю, что хрень полная, но лоб нестерпимо зудит. Удариться бы головой, чтобы избавиться от ощущения или почесать об косяк… Точно! Давненько меня никто об дверь не бил.