Сердце Аспида: Жена поневоле

А что у него на уме было, и на лице ясно читалось.

Глава 9

Дамир

Ни на миг не поверил прислужнице.

Нравы в их краю куда вольнее тех, к коим Вольха привыкла. Характеры взрывнее, поведение свободней.

Не думала она о том, чтобы княжну для меня краше сделать. Чуял я в ней ревность и зависть, желание избавиться от соперницы.

Вот только просчиталась Вейта: алое платье невероятно шло Вольхе. А то, что смущалась жена, укрыться старалась – с непривычки.

Невдомёк ей, что для меня подобные наряды не в новинку.

Стольких девиц встречал, в стольких одеждах, что никто на земле, окромя меня не видал. Разных во всём: и кожей, и цветом волос, глаз, телосложением, нравами, обычаями, повадками. Тихие, робкие, наглые, развратные, умные, глупые, красивые, простенькие…

Уж не ведаю, почему, но Вольха лакомством не для Дамира была, а для Аспида, и плевать ему на то, что худая и пугливая. Будоражила она его. Заводила… Дерзким взглядом, острым языком, лютой ненавистью и нескрываемым желанием сопротивляться.

Да, именно эта черта в ней особливо кровь мою горячила: сражаться с тем, кто заведомо сильнее, пререкаться, зная, что может прилететь смертельное наказание. Дура аль сама в кураже, пока не разобрать, но раз сразу не убил, значит играть с ней Аспид будет и дальше.

– Не смей, – нервно головой мотнула Вольха. В огромных глазах плескался ужас, кровь от лица отхлынула. Её упрямство улыбку вызывало и полнейшее недоумение. Неужто, не разумит, что Змию от её сопротивления ещё слаще?

– Не сметь «что»? – даже не ведал, на кой глумился.

Когда пришёл ни мысли не было к близости принудить, но сейчас в моих руках… тощий птенчик был такой трепетно-жалкий, что лишь подогревал аппетит у оголодавшего в миг Аспида. – Думаешь, я только и мечтаю, как тебя поиметь? – хмыкнул, с горечью ощущая, что жутко лукавил: ведь и правда хотел жену.

– Нелюдь, – процедила, опять дёрнувшись, словно полагала, что могла из моего хвата вырваться. – Что б тебя…

Сдавленно всхлипнула, когда в кольцо рук её зажал да в себя впечатал.

– Что меня? – улыбнулся криво. Она продолжала меня пилить лютым взглядом, и я, дабы не показаться ещё большим чудовищем, решил спешно ретироваться. Но так, чтобы она не поняла, что я на грани на неё наброситься и опять снасильничать.

– Ужин стынет! – выпустил из объятий, но очухаться не дал. К выходу шагнул, её за собой утягивая.

– Я не голодна, – ещё пыхтела недовольно Вольха, едва за мной поспевая.