Истории Эписа. Уроборос

Папка с делом убийства Осирис уже давно лежала разобранная на листы в кабинете, но она не зря упорно не давала мне покоя.

Надо доверять себе.

В конце концов, интуиция меня еще не подводила. Там точно было что-то на самой поверхности, к чему мысли возвращались снова и снова, но никак не находили, за что зацепиться.

Потому что все они были заняты лишь тем, чтобы остаться с Валери как можно дольше.

Засранец. Слабовольная сволочь.

Когда я успел похоронить ее?

Вместо того, чтобы заняться тем, что отлично умею.

Пора раскрыть это долбаное дело до самого конца.

Пальцы перебирали знакомые листы, но каждое слово я перечитывал дважды. Давай же, это было где-то тут. Вот. Потянул лист и переложил его перед глазами.

Протокол допроса манта.

Глаза побежали по строчкам, но ничего необычного не нашел снова. Но ведь дело может быть не в самом допросе, верно? Он помогал Оливеру, тут может быть что-то между строк. Вздохнув, я снова медленно прошелся глазами.

Пока внутри не взорвалось.

Подскочив на ноги, я не веря собственным глазам, еще раз перечитал последний лист дела.

Стул упал на пол с громким стуком, но я не мог оторвать глаз.

И застонал.

Кусочки пазла столкнулись друг с другом, вырисовывая совершенно другую картину.

Он был в Башне Смотрящих.

Лео был под стражей, когда Валери Воскресила меня.

Оливер переселился в мое тело с помощью кинжала, который был в пещере в тот день. Но сам забрать книгу в теле Лавра не мог.

Он бы не рискнул повредить следы жизни Безмолвной на Книге.

Кинжал и Книгу Безмолвной забрал кто-то другой.

Подсказки, что подбросили в морг Георга, тоже никак находящийся под стражей некромант подсунуть не мог.

Тогда…

У кого сейчас Книга Безмолвной?

Сначала думала, что успею сюда слона номер два запихнуть, но не влез

Ловим чуть-чуть, ма-а-аленький кончик хобота слона

Стараемся не упустить

Глава 5

Валери

Что-то влажное и липкое щедро прошлось по моему голому плечу, обдавая запахом гниющей плоти и крови.

Поморщившись, я резко поднялась на земле. Голова разваливалась, а во рту жутко пересохло. На подбородке застыла земля вперемешку с какой-то жижей. Открыв глаза, я огляделась.

Просто прекрасно, Валери Крейн. Будем рассчитывать, что в такой отключке я пробыла всего лишь до ночи, а не пару дней. Темнота окутала Пограничный лес. В пробивающемся сквозь ветви деревьев свете луны было видно, как майка до пупка щедро окрасилась в темно-коричневый. Багровый.