Тайны мёртвых

Инна сидела и тихо плакала, сожалея о том, что Ян умер, а Калки в тюрьме. И только поток божественной любви утешал ее. Ян подлетел и обнял ее, стараясь успокоить. Но она не видела его. Его руки проходили сквозь ее тело.

– Не прикасайся к ней, – сказал дед, – так как наша энергия чужеродна земной и отрицательно подействует на нее, к тому же ее энергия будет утекать к тебе. Помнишь про вампиров? Так вот, мы – такие вампиры для землян. Но мы не пьем кровь. Просто их энергия утекает от нашего прикосновения.

Некоторые из нас, особенно привязанные к Земле, и впрямь начинают питаться их энергией, чтобы быть на земном плане. Чувствуешь, как тут тяжело находиться?

Ян отлетел от Инны и почувствовал, что и впрямь тут находиться тяжелее, чем в том мире, где он только что был с бабушкой.

– Здесь все тяжело, – объяснил ему дед. – Для любого дела нужно много сил, а взять нам их неоткуда. Вот и берут они их из работы тела с помощью пранаямы, а мы можем только вампирить.

– Я понял, – Ян тяжело вздохнул и в последний раз взглянул на Инну.

Она уже не плакала, а тихо сидела, глядя в одну точку.

– А как выбраться отсюда? – спросил Ян.

– Вспомни лицо бабушки – и всё.

Ян так и сделал и снова оказался рядом с ней в избушке.

– А я тебя жду, – сказала ему она. – Пирожки-то давай ешь, хоть они тут и не остынут, все равно, – улыбнулась она.

Ян снова принялся за пироги, но мысли его были далеко. Он снова и снова вспоминал свою любовь с Инной. Сейчас перед его глазами проплывали только приятные моменты.

Он вспомнил, как она подошла к нему, маленькая, худенькая, с дурацкой челкой – тогда она напомнила ему взъерошенного воробья. Он долго не мог понять, какая же она на самом деле. А когда понял, то проникся восхищением, уважением и симпатией. Однажды Инна пригласила его на свидание. Он хорошо помнил, как удивился в тот момент: до этого все их свидания проходили на квартирах друзей, или же они просто болтались по улицам. На этот раз Инна позвала его в кафе. Это был маленький подвальчик, где играла негромкая музыка – вроде бы джаз, он не помнил точно. Они сели за столик и заказали по чашке кофе.

– Глупость какая-то, – ворчал он. – Мы с тобой, как два старика.

Он смущался своей несвежей толстовки, внимания официантов, ее влюбленных глаз. Ему было неловко и… хорошо. Потом принесли кофе, они пили его не торопясь, маленькими глотками, смотрели друг на друга, как будто впервые.