Гнездо желны

Андрей Васильевич от скуки уже облокотился подбородком на руку и тихо дремлет за учительским столом, а парень, сидящий за дальней партой, забыл обо всех своих записях и только с глуповатой улыбкой следит за нашими бестолковыми попытками найти древоточца. Мне даже становится немного стыдно, что без тётушек мы такие пустоголовые неумёхи.

– Ладно, сдаюсь, – заявляет наконец Оля. – Не знаю, где он засел, но все наши средства и инструменты до вредителя попросту не достают. Давайте тогда пойдём от обратного.

– А это как? – любопытствует Лера, поправляя заколки на своих коротких светлых волосах.

– Попытаемся избавиться от лиц. Глядишь, найдём след или заставим этого древоточца показаться.

– Да как будто ты знаешь, как от них избавиться! – подаю я голос, скрещивая руки на груди. – Я такого раньше не видела и о подобном не читала. Как заставить исчезнуть призрачные лица?..

– Любому действию есть противодействие! Нужно лишь понять, что им может не нравиться.

– Будь я лицом, – углубляюсь я в рассуждения, – мне было бы очень неприятно, если бы меня стал кто-то обзывать… Когда всё, что у тебя есть – это нос, рот и два глаза, то за неимением чего-то другого поневоле начинаешь ценить их безмерно.

И грубые слова уязвляют вдвое сильнее.

Со стороны Димы раздаётся короткий смешок.

– Ну давай! – с сомнением велит Ольга. – Твоя идея, ты и пробуй!

Я приближаюсь к стене, взглядом скольжу по портретам, пока не останавливаюсь на одном, который кажется мне довольно примечательным.

На нём изображён высокий рыцарь в потемневших латных доспехах и с длинным мечом. Забрало его блестящего шлема с пышным красным плюмажем поднято, а на месте лица – лишь искажённая криком гримаса с закрытыми глазами.

– До чего же ты уродлив! – несмело начинаю я шептать портрету. – Кожа вся висит, глаза запали, рот огромный, а губы тонкие, как две ниточки! На тебя даже смотреть жутко! Встретишь такую рожу ночью в тёмном переулке – убежишь, сверкая пятками!

Лицо на картине никак не реагирует, будто не слышит.

Это распаляет меня ещё больше, и я уже завожусь не на шутку.

– Да ещё к такой страшной физиономии подобрал под стать и всё остальное! Доспехи грязные, ноги кривые – будто по ним кто-то палкой прошёлся! Небось под этими доспехами ещё и такие уродства есть, что неохота даже латы снимать! Ну и висеть бы тебе в самом тёмном углу подвала, а не в центре аудитории!..

Я не свожу с картины глаз, но лицо даже не шелохнётся.