В.А.М.П.

 – Дантист сразу же демонстративно отвернулся и отошел в угол кабинета, принявшись копаться в каких-то медикаментах, расставленных на столах.

– Надо было позвать меня.

– Я не успел. Извини, – без какого-либо раскаяния в голосе ответил он.

Док вернулся к креслу с медицинским пистолетом в руках. Он вставил пару стеклянных ампул в патронник, грубо схватил Германа за запястье, вынуждая вытянуть руку и приставил дуло пистолета к локтевому сгибу. Нажав на курок несколько раз, медик внимательно взглянул на экран аппарата и после удовлетворенно кивнул сам себе.

– Я ввел тебе стимуляторы. – Он отложил пистолет на процедурный столик. – Через минуту станешь пободрее и даже сможешь уйти из моего кабинета на собственных ногах.

– Было бы куда идти, – пробормотал Герман, потирая кожу, где от уколов остались багровые точки. – Я даже не до конца понимаю, как тут оказался. И что это вообще за штаб такой.

– Что ты последнее помнишь? – поинтересовался у боксера высокий человек, подходя ближе.

 – Помнишь, откуда у тебя все эти травмы? Помнишь, что было на железной дороге?

Герман поднес к своему лицу ладони и оглядел сбитые костяшки.

– Я был на арене, выиграл бой. После, кажется, куда-то шел. Тогда… Да, тогда меня нагнали и избили люди Султана. А потом только темнота. Ничего больше не помню, будто в голове туман.

– Не знаю, кто такой этот Султан и за что тебе от него так досталось, но выглядишь ты прескверно, – усмехнувшись, франт взял с одной из тумбочек прямоугольное зеркальце без рамки и отдал его Герману.

 – Хотя ночью выглядел еще хуже, поверь. Сейчас Док немного тебя преобразил… А вообще, это я и мои друзья нашли тебя там, у железной дороги. И привели сюда, чтобы помочь.

– Спасибо, конечно…

Забрав зеркало, Герман вгляделся в собственное отражение. Оно показало ему широкое лицо, сплошь покрытое синяками и припухлостями, воспаленные красные глаза и взлохмаченные белокурые волосы, облепившие лоб короткими грязными прядями.

– Боюсь, тебе разбили в той драке голосмартфон, – констатировал Дантист.

 – Я извлек все осколки из яремной впадины, но титановый ободок трогать не стал. Это не моя специализация.

Герман опустил зеркало чуть ниже, чтобы разглядеть основание собственного горла. Вместо привычной кнопки голосмартфона в яремной впадине зияла черная неглубокая дыра в металлической оправе.

– Тебе надо будет обзавестись новым устройством. Старый уже не восстановить, – добавил медик.