Заткнись и улыбнись!

– Над МОИМИ манерами?! Ты что, совсем охренел?

– Ну вот, опять, – театрально вздохнул он, поворачивая ключ зажигания.

За свою жизнь я испытала много различных эмоций. Я огненный овен, чтобы вы понимали… Но впервые я почувствовала их в таком количестве одновременно! Страх (спасибо, сучка Кейт), злость, смущение, возмущение, паника, возбуждение, смятение… а возглавляет этот список – желание придушить Эйдена собственными руками.

– Бог мой, Хейли… Ты смотришь на меня так, будто я не поцеловал тебя, а утопил щеночка.

– Сейчас ты как никогда близок к смерти, Бакли.

– Мы, как приличные возлюбленные, должны умереть в один день, енотик.

Этот парень просто невыносим!

У Эйдена заиграл телефон. Он прикрепил его на магнитный держатель и включил громкую связь.

– Хейли рядом? – послышался возбужденный голос Рут.

– Да, мы в машине. Она тебя слышит, – ответил Эйден.

– Ребята, вы просто взорвали интернет! Мой телефон плавится от звонков! Видео и фото вашего поцелуя разносятся по Сети со скоростью света… Мой мальчик, ты все сделал правильно.

Что это значит?

– Ладно, я отключаюсь. Много дел. Завтра я прогоню вас по вопросам предстоящего интервью для телешоу. Эти болваны до сих пор их не прислали. Нужно им напомнить, что так дела не делаются.

Рут прервала звонок, и я заметила, как напряглись плечи Эйдена.

– Что она имела ввиду, когда сказала, что ты все сделал правильно? Рут написала тебе сценарий вечера?

Молчание.

– Поцелуй был частью этого сценария?

Снова тишина.

Ладно. Хочешь поиграть в молчанку? Поиграем!

Весь оставшийся путь мы ехали молча. Эйден включил последний альбом Робби Уильямса и покачивал головой в такт музыке. А я пыталась понять, чем же вызваны такие перемены в его настроении. После разговора с Рут он будто утратил способность говорить, а мне до смерти хотелось узнать ответы на свои вопросы. Если все это было продуманным спектаклем, то Бакли оказался превосходным актером. Даже я поверила в то, что своим поцелуем он просто попытался меня успокоить, отвлечь…

Мерзавец.

Когда мы, наконец, повернули к моему дому, я сбросила туфли и взяла их в руку. Мышцы в ногах так сильно разболелись, я побоялась, что упаду, если снова встану на каблуки. Не говоря ни слова Эйдену, я выскочила из машины и направилась в сторону ворот.

Мысленно я приказывала ему покинуть машину, догнать меня и объясниться. Клянусь, я даже замедлила шаг, предоставляя ему кучу времени.