Фледлунд

При общей абстрактности происходящего некоторые моменты поражали необычной детализацией. Например, ощущение текстур, запахов и даже удары собственного пульса. Но главное – внешность того человека. Ханне было жаль, что она не умеет рисовать. Эти черты хотелось передать. Образ редкой красоты хранил в себе неистовую тьму, а злоба в голосе жгла до сих пор. Но даже по пробуждении не отпускало пугающее восхищение им и странное ощущение в солнечном сплетении.

Внезапно Ханну осенила необычная догадка. Что, если это воспоминание? Только в них все остается на своих местах, в то время как сны – хаос разума.

Воспоминания упорядочены, отполированы и не меняются. Порядок играл огромную роль в том сне. Она не могла сразу оказаться в квартире, ей требовалось выполнить определенные действия.

«Да вот только это не мое воспоминание», – подумала Ханна.

– Хватит торчать на холоде, – раздался снизу сердитый голос.

С балкона она увидела стоящего на крыльце дома Лекана с батоном под мышкой.

– И тебе доброе утро, сосед.

– Я зайду? – спросил он.

Ханна кивнула и пошла открывать дверь. Вскоре он ввалился внутрь и выглядел, как всегда, раздраженным.

– Как ты можешь сидеть на балконе в такую поганую погоду? – проворчал он, стаскивая куртку.

– Будешь чай?

За время общения с ним она уже поняла, что на его замечания можно не реагировать. Это защитная реакция, распространившаяся на все подряд.

– Давай. И где твой кран?

Ханна просила его заменить прохудившуюся прокладку на кухне.

Пока он устанавливал новую, она приготовила второй завтрак. Ей нравилось делать что-то для кого-то. К тому же Лекан был единственным близким другом. Он жил этажом ниже с дедом, у которого выявили деменцию. Соседи рассказывали, что Амари вырастил внука один, так как дочурка слиняла, когда Лекану было семь. Его отца они никогда не видели. Скорее всего, он был немцем, потому что Лекан выглядел метисом, хотя в таких городках, как Фледлунд, любой цвет кожи на тон темнее белого вызывал много пересудов. Сейчас Лекану было двадцать два, и он пытался окончить училище в соседнем городе и заботиться о деде. Выходило пока плохо. Из-за нехватки денег он постоянно бегал по подработкам и пропускал занятия.

Когда «ФЕМА» дали Ханне постоянный контракт и она переехала во Фледлунд, Амари был еще в своем уме. Однако за последние три года он потерял себя совсем. Лекан категорически отказывался сдавать его в дом престарелых, и Ханна старалась помогать по мелочам.