Опасный возраст

Я скучающе подпирал стенку, не понимая, зачем я здесь. Но решил остаться до конца занятия: в конце концов, удрать можно всегда.

Тренер собрал нас в кучу и начал рассказывать про секцию. В нашей школе был только футбол, и этот клуб стал «инновацией».

– В идеале вас необходимо разделить по уровням физической подготовки. Но, так как нас немного, боюсь, придется играть всем вместе. Те, кто почувствует себя неуверенно, пусть сразу скажут мне, – с беспокойством добавил он. – Подумаем, что можно сделать.

Я скептически смотрел на тренера.

Он был молод: похоже, только начал свою преподавательскую карьеру. Ему самому следовало бы набраться уверенности. Великаны нагловато посматривали на него исподлобья, один вообще жевал жвачку.

От скуки я, как обычно, включил свою внутреннюю Вангу. Ну, амбалы явно будут играть на ура: задорно и с самоотдачей. Они же будут задавать тон. Мы, средненькие, скорее всего, начнем ориентироваться на них. Но есть еще вариант развития, который я называю «темные лошадки». Кто-то из нас может оказаться лучше, чем сам о себе думает.

Остальные будут болтаться меж всеми, а потом тренер, озабоченный некомфортным состоянием, отправит их в запасные или же они сами уйдут.

– Летом мы будем участвовать в межшкольных соревнованиях. И только от вас зависит, попадем ли в финал, а затем на междугородний уровень. Мотивирует?

В ответ разлилась красноречивая тишина. Тренер слегка покраснел, но сделал вид, что так и должно быть.

И мы начали с разминки. Как ни странно, во время занятий спортом мозги отключались сами по себе.

Я никогда раньше не посещал спортивные секции, но быстро бегал. И внезапно эта перемена показалась здоровой.

Моя голова сама опустела. Я не задавал себе идиотских вопросов, на которые сам же искал ответы.

Это было то что нужно.

Тренер, несмотря на свой нерешительный вид, устроил нам адскую гонку, заставляя наматывать круги по огромному залу, а затем мы еще где-то час разминались на полу. С меня лил пот, и это походило на пробуждение.

Нас разбили на две команды и верзил разделили. Я застыл рядом с одним из них – кажется, он еще недавно жевал жвачку. Глянув на меня свысока, он спросил:

– Что у тебя с бровью? Кошка поцарапала?

– Нет, подрался.

– С кошкой?

Я ничего ему не ответил, и началась игра.

Мы были разгоряченные, но процесс шел тяжело. Возможно, проблема действительно была в том, что мы оказались чересчур разными. Внутри команд начиналась какая-то непонятная конкуренция.