Хочу на остров!

Она его открыла и упала – там было фото, фото самого настоящего женского сердца, и мозга, и души.

– С интересной причесочкой, – заржали девушки, поглядывая на исчадие, они предполагали, что она опять кому-то посылает интимные фото.

Блондинка, то есть эта самая Тамара, ждала кого-то, вероятно, она поняла, что мы говорим про нее, и прямо на нас посмотрела.

– Скучает… – решили девушки. – Помириться, наверное, хочет.

– В этом городе у нее не было никаких подруг, только мы.

– Она осталась совершенно одна! Катькин муж от нее ушел.

– Ушел?!

Не мое было дело, конечно, но я начала втягиваться в этот сериал. Я потому и не люблю женские компании, вся эта болтовня забивает голову, и хочешь ты того или нет, тебя затягивает в чужую суету как в теплое болото.

– Через год, как она родила, он уже замутил с новой бабой. И новая тоже от него родила! И он ее тоже оставил!

– Супермачо! Катюх!.. Он у тебя был супермачо!

– А там и есть-то… – усмехнулась Кэт, – шибздик! Ножка тридцать девять, вечно хныкал, чтобы я его кроссовки не носила.

– А эта сучка сейчас живет в коттедже его мамочки. Ты знаешь этот дом! Серый особняк с пристанью. Видела ты этот дом! Там они все и живут, маман его, и Тамара с сыном, и сестра его, с сестрой мы тоже дружили раньше…

– Мы как-то раз к сестре заехали, в саду у них сидели… А эта шлюха вышла на балкон и смотрит на нас… С ребенком вышла, типа мы сейчас все должны растаять.

– Мы увидели, что она спускается, и сразу уехали.

Даже здороваться с этой тварью не стали.

Девушки сощурились все три как волчицы и окатили бывшую подругу ледяным презреньем, а маленькая хулиганистая брюнеточка громко, чтобы та могла услышать, заявила:

– Прощать нельзя такое!

Короче, Санта-Барбара. И сразу десять серий. Для утреннего кофе многовато. Эти бабенки забили мне голову. Самое смешное, когда они показывали мне отснятое, я не могла понять: где я, и почему я совсем на себя не похожа?

Я решила, что нет, ни за что я свои рекламные съемки не доверю ни маленькой брюнетке, ни этой зубастенькой, я решила опять сниматься с Катей.

В первый раз я у нее все время получалась коровой, наверное потому, что сама она невысокая, аккуратненькая, на меня ей приходилось смотреть снизу. Потом я села в кресло, и дело пошло лучше.

Каким-то чудом человек, который снимает, передает на фото свое отношение к тому, кого снимает. Поэтому, наверное, я у мужа получаюсь маленькой толстой мышью.