Клетка

В моей комнате никогда не было елки или новогодних украшений, не было телевизора, где я могла бы посмотреть перед сном мультики, но были книги, которые тщательно просматривал папа, прежде чем они попадали в мои руки. Он всегда уезжал на новый год, и я не знала куда, но уже на следующий день около обеда выпускал обратно, и дни шли друг за другом, только число менялось.

– Ты же знаешь, что теперь тебя ждет наказание? – Отец замахнулся и ударил меня по лицу. От силы удара я упала и ушиблась локтями о пол. – С утра я был в таком прекрасном настроении, и опять ты, мелкая дрянь, все испортила!

Папа взял меня грубо за руки и повел в сторону подвала.

Это было самым страшным местом в доме. Он запирал меня там нечасто, как в знак жестокого наказания, считая, что таким образом я лучше подумаю над своим поведением.

– Прошу, не надо! Прости меня, прости! Я не хотела опаздывать домой, я бежала, торопилась. Прости меня, папочка!

Но папа не слушал. Он тащил меня по полу, и не получалось за что-то зацепиться, лишь бы не оказаться в этом месте.

Отец продолжал выливать свою тираду, стискивая мои запястья, и появилось полное ощущение, что я уже не чувствовала кисти рук. Мои крики никто не слышал – я только надорвала голос. Из-за нескончаемых горьких слез обстановка казалась расплывчатой, но темную дверь в конце коридора я различить смогла.

Мурашки бежали по телу, меня бросило в пот от воспоминаний. Месяц назад я провела в подвале больше часа. Кричала и плакала, колотила по двери, и в конце концов отцу это надоело.

Он выпустил меня, приказывая не выходить из своей комнаты, где позже я провела неделю.

– Пожалуйста, папочка, я никогда-никогда больше не опоздаю. Обещаю! Я могу убрать все в доме, не выходить из своей комнаты, сделаю все уроки на несколько занятий вперед. Пожалуйста…

– Беатрис, ты вела себя ужасно: на днях принесла тройку, сегодня опоздала домой. Я хочу как лучше для тебя. Только благодаря таким методам ты сможешь научиться дисциплине.

Я открыла рот, чтобы добавить что-то еще в свою защиту, но не успела.

Дверь омерзительно скрипнула перед лицом, и темнота зловеще встретила меня. Я ужаснулась, когда заметила, что папа обшил выход с внутренней стороны мягким материалом. Теперь мои удары не потревожат его. Но что, если он теперь вообще меня не услышит? Никто не услышит? Сколько я пробуду в этом месте на этот раз?

Отец с силой затолкнул меня внутрь, так, что я упала лицом вниз, больно ударившись головой.