История Мишеля Боннара. Куранго

До того дня я не бывал в подвале этого дома и даже не догадывался о его существовании. Вход возле стены в гостиной был закрыт китайской ширмой, которая так много лет была для меня простым предметом интерьера: мне и в голову не приходило, что на самом деле за ней скрывается.

Банок в подвале было много. Я даже не могу приблизительно сказать, сколько. Как минимум сотня. «Кладбище» молодых девушек располагалось на полках, прибитых к одной из стен. Полок насчитывалось десять. Восемь из них были ещё пусты. План Антуана дожить до четырехсот лет находился в исполнении.

С того ужасного события прошел месяц. Брут по прежнему лежал в постели, но выглядел значительно лучше. Слабость и головные боли оставались его постоянными спутниками. Каждую неделю я приводил в дом по несколько нищенок, которые через сутки «оздоровительных» процедур занимали свои места на «полке смерти».

Я несколько раз пытался поговорить с Брутом о том, что занимало мой ум, но каждый раз, как только мы оставались наедине, ему становилось дурно, так что он проваливался в сон или требовал еще девушек.

Я не сразу понял взаимосвязь резких ухудшений Брута с кольцом на моем мизинце. Ради эксперимента я снял кольцо и половину дня просидел рядом с доктором. Никакого регресса не было. Антуан оставался слабым, но пришел в сознание, потребовал принести его портфель и стал перебирать свои документы.

Я понял, что могу им управлять.

Глава II

Адам и Виктория ловили каждое слово Поля. Неотрывно следя за развитием драматического сюжета, они если и подносили бокал к губам, то настолько неслышно и мягко, что можно было подумать, будто перед ними спящий новорожденный, а не двухсотлетний скелет.

За окном поднималось солнце. Кухня постепенно заливалась светом. Уже слышались птичьи голоса. Наступило время утреннего кофе.

Поль замолчал, чтобы перевести дух.

– Как много выпало на твою долю, друг, – сокрушенно покачал головой Адам.

– Он пособник, а не друг, – хмуро парировала Виктория.

– Мадам, я желаю вам и вашему супругу никогда не оказаться в ситуации, которая поставила бы вас перед таким же трагическим выбором, что пришлось совершить мне. Я знаю, что виноват. Но поверьте, то, как потом наказала меня жизнь, с лихвой искупило мои ошибки.

Все замолчали. Тишину нарушил телефонный звонок:

– Я слушаю. Да, Виагард. Ааа ааа, – протянул Адам и отключился.