Ева

Мне мама сказала под великим секретом, а ты не должна была вообще услышать…

Хлоя неловко улыбнулась, словно этот таинственный брат сейчас нас слушает.

– Хорошо – я устало опустила плечи – Мне вообще наплевать по большому счёту, кого и как называть, да и вообще, надеюсь, мне и не придеться, как-либо с ним пересекаться…

– Спасибо!– Хлоя снова бухнулась рядом со мной – Короче, если выполнять это малюсенькое условия, всё будет хорошо… он, конечно, немного заносчив и юмор у него чёрный, но в целом милый. Я так по секрету скажу, Дана увлеклась им, но он отбивается как может, типа родственники и всё такое, но это же не так, да и как здорово было бы, он высокий, смуглый, темноволосый и она милая.

Пара года бы была! Я за них!

Я немного смутилась от обилия информации хитросплетений этой семьи всё, что мне хотелось сейчас, это отдохнуть, ведь мне предстояла пережить вторую, но более убийственную волну, МАМУ!

– Давай пообщаемся позже, я правда малышка устала и хочу спать…– я нежно погладила по руке сестру и легла на кровать всем видом показать, что и правда нуждаюсь во сне.

Хлоя покорна, встала и упорхнула, а я облегчённо вздохнула и позвонила отцу. Как приятно было слышать его бархатистый голос, такой тёплый и родной. Он ласково проговаривал каждое слово, и хотелось слушать его часами и уснуть так, будто как раньше, маленькая взобраться на колени и уткнуться в сильную грудь, слышать вибрацию от его голоса, и в итоге уснуть.

– Мама как? – вдруг произнёс он, отчего я вернулась из воспоминаний и недовольно улыбнулась.

– Ну, хорошо.

– Ева, что ты не сильно и счастлива, что случилось?

Естественно, папа прекрасно знал меня, и даже по телефону мог понять какое у меня настроение.

– Папочка, всё хорошо, правда. Но маму ещё не видела, она уехала по важным делам, но обещала вернуться к вечеру. Я тебе завтра позвоню и всё, всё расскажу, правда…

– Ох, девочка моя, скрываешь уже что- то…– папа как старичок вздохнул, но я не хотела расписывать ему ситуацию, что произошла в такси.

Не было ни настроения, ни сил. Да и если бы он узнал, то разозлился дико и заставлял бы меня вернуться, а этого я точно не хотела, так как всей душой рвалась обратно. – Люблю тебя, лапочка моя!

– Папито, я тебя тоже!

***

Я услышала шум и открыла глаза, на часах было почти восемь вечера, с трудом заставила встать и подойти к зеркалу. Да, вид был печальным, волосы спутались, на лице отпечатался рисунок от пледа, а тушь спокойно улеглась под глаза.

– Дочь.