Се ля Ви!

Никто не может быть лучше! Разве что Филипп, ведь Филипп тоже на половину Ральф!

– Меня зовут Ксавье, – у него забавный французский акцент и итальянская внешность. – Ксавье Буаро, – он ждет; наверное, его имя должно мне что-то сказать, но я чиста, словно лист бумаги. Он улыбается. – Мне жаль, что так получилось. Я был уверен, что ты им подойдешь…

– Ты разве не должен фотографировать других девушек?

– Я соврал, что мне нужно в туалет… Слушай, я хотел бы сделать пару сетов с тобой.

Если, конечно, тебе это интересно. Денег не предлагаю, у меня их сейчас просто нет… Но это могло бы стать интересным стартом. Подумай, ладно? Это не кастинг. Это твой сольный выход, Куколка!

Он дает мне карточку. Простую, серую с золотым тиснением. Бумага дорогая и я, на всякий случай, уточняю:

– Я должна буду за них платить?

Ксавье смеется.

– Нет! Но мне будет нужно разрешение от твоих родителей. Расписка, что они не возражают.

И он уходит, окинув меня на прощание долгим взглядом. И мне почему-то неприятно и тягостно изнутри. Не потому, что Ксавье – плохой. Потому что Ксавье – хороший.

Он просто похож на Ральфа, а сам – не Ральф.

Пенни и ее папочка

– Подпиши, ладно? – я положила перед Маркусом формуляр.

Разрешение от родителей и домашнего врача. Наш домашний врач – член семьи и сплетник, но Ксавье сказал, что психиатр – даже еще лучше. И я попросила, чтоб подписал Хадиб.

Личный помощник епископа, моего отца. Третий и последний друг Ральфа с Филиппом. Я очень надеялась, что он поделится этой новостью с другими двумя.

Маркус даже не взглянул на меня. Отодвинул мою ладонь с текста и прочитал.

– С чего вдруг тебя зовут Пенелопи, а меня – Георг?

– На случай непредвиденных утечек информации, – кротко сказала я.

– А твой отец знает? – Маркус аж из трусов выпрыгивал, подчеркивая это.

Словно сама я не знала, кто из них мой отец.

– Папы нет дома. Честно. А я не художница и не умею подделывать почерка. Ну, подпиши, а? Мне очень этого хочется.

Маркус вздохнул. Сжал губы, сузил глаза и подмахнул не глядя. Это был его способ орать и топать ногами на собеседника.

– Ты, правда хочешь моделью быть? – спросил он. – Серьезно? С чего вдруг? Что ты хочешь им доказать?

– Я ничего не хочу доказывать.