Учебник одного жителя

Что касаемо родительского внимание, то тут все дело было в том, что зима была, как правило, холодная, а жили, мы как я уже описывал, на первом этаже. В квартире зимой было не очень-то жарко. Поэтому нам приходилось подключать электрическую батарею, которая обеспечивала нас теплом. Чтобы постоянно не переносить обогреватель из моей комнаты в родительскую, они приняли решение, что в эти морозные дни спать нам нужно в одной комнате. Я не спал с ними в одной кровати, у меня было специальное для этого место. У родителей в комнате было два кресла.

Мы разворачивали их друг к другу, снимались подушки с их спинок и устанавливали в проем между креслами эти спинки, тем самым делая длину моей комбинированной кровати чуть длиннее. В тепле я, ни о чем не переживая, поглядывал с родителями какой-нибудь вечерний фильм и погружался в сон.

Тут я, пожалуй, остановлюсь ненадолго, чтоб рассказать историю о том, как я победил свой первых страх. Это была темнота! Засыпая в своей комнате в обычные дни, я, каждый раз, перед сном просил родителей, чтоб они не выключали свет в коридоре, а уже тем более не закрывали мою дверь.

Это действие открытости двери как-то обеспечивало мне спокойствие. Я не знаю, как у меня вообще появилась эта фобия, ведь фильмов ужасов мне смотреть не разрешали, да и у самого как-то особо не было желания. Возможно, какие-то страшные истории рассказывали дети в детском саду или чуть старшие ребята во дворе, что вряд ли, либо во дворе бабушки и дедушки, что более вероятно. Мне кажется, что кошмарами я не особо болел, чтоб проецировать их потом на реальную жизнь. И, если уж и было что-то подобное, то оно уходило с началом нового дня. Яркий пример, о котором я могу вспомнить – это, когда у меня была высокая температура. Но это был больше не кошмар, а неприятные видения, которые преследовали меня первые годы моих знакомств с простудой. Каждый раз, когда я болел, у меня была высокая температура, и в этом детском бреду я видел следующее: я как-будто проваливался в пространство, когда закрывал глаза, чтобы уснуть, и плыл в абсолютной пустоте, в которой не было ни дверей, ни стен, ни окон, ни пола. Я просто как-будто находился всегда в центре чего-то необъяснимого, но при этом не мог двигаться, и меня все время куда тянуло. Когда я открывал глаза, мне казалось, что на меня давило все в комнате. Поэтому первая ночь болезни с температурой для меня всегда была самая ужасная. Но борьба с темнотой это вам не галлюцинации, это суровая реальность.