Амур. Лицом к лицу. Дорога в 1000 ли

– До Хабаровска у него руки коротки, а Сунгари напакостить может, – вздохнул Фёдор. – Но у меня, Василий Иванович, на уме другое. Цицикар – столица провинции, и китайских войск там что блох на дворняге. Эшелону нашему не прорваться, надобно в обход. Собрать по округе лошадок, найти проводника и идти караваном. Долго, трудно, однако надёжней, чем приехать прямо в лапы этого Шоу Шаня.

– Не скажите, – возразил Дмитрий. – Сами говорите: нужен проводник. А где гарантия, что он не приведёт нас прямиком к боксёрам? Даже наши рабочие-китайцы, и те косятся, хотя им от боксёров тоже не поздоровится.

Прости, Лю Чжэнь, речь не о тебе.

– Но и помощи нам ждать неоткуда, – подал голос вахмистр – Стражников на участках слишком мало, и оружия хорошего тоже нет. Я полагаю, что охранный гарнизон Цицикара станцию держит, и нам надо лишь до него добраться…

– Мозоно саказать? – неожиданно прервал вахмистра китайский артельщик.

– Слушаем вас, господин Лю, – подчёркнуто вежливо отозвался Василий Вагранов.

– Цюани убивают восех, кото с лусскими. Спасити нас мозет толико Сунгали. Лю Чжэнь поидёт в Анъанси чженча… лазаведать. Лю Чжэнь не чумай… не пеледавать… не пледавать… Лю будет чжусянбинь, доболоволец.

– Чё за Анъанси? – насторожился Фёдор. – Нам в Цицикар надо.

– Анъанси – это станция Цицикара, – пояснил Василий. – Сам город в двадцати пяти верстах от неё. Так по плану.

– По плану – значит, по плану. А китаец дело говорит. – Фёдор хлопнул Лю Чжэня по плечу, да так, что тот согнулся.

Но не испугался, а закивал, понимающе заулыбался. – Пущай сходит вкрадче. А покуда разведывает, соберём всё, что вывезти надобно, загрузимся. И оборону соблюдём, само собой.

Возражений не последовало. Василий Вагранов и Фёдор, говорящие по-китайски, подробно разъяснили Лю Чжэню, что именно требуется разузнать на станции. Василий хорошо помнил схему путей, нарисовал, как расположены рельсы и какие стрелки перевести, чтобы открылся сквозной путь.

Проводив китайца, Фёдор покачал головой:

– Думаете, проскочим?

– Они же не ожидают от русских такой наглости, – усмехнулся Василий.

 – Путь от нас идёт под уклон к реке Нэньцзян, там большой мост, за ним начинается посёлок при станции. Если боксёры путь не разобрали, то Лю Чжэнь стрелки выставит как надо, он мужичок головастый. Выйдем в ночь и пролетим, как на крыльях. Так что давайте займёмся своими делами. Вы с Бояркиным – охраной, а мы с Дмитрием – всем остальным.