Аллея всех храбрецов

Словно собачонки, насидевшиеся взаперти и стремящиеся оббежать и помочиться на всё. А накусавшись и поломав зубы, они с удивлением обнаружат, что жизнь подошла к концу, а рядом скалят зубы другие молоденькие собачонки».

– Мне кажется, – наконец выговорил Невмывако, – вас это должно заинтересовать.

Он потянул лежавшие перед ним листки. Лежащим сверху был расчёт Мокашова.

Случилось так, что Иркин смотрел мокашовский расчёт при Невмывако. Он помнил, что Мокашов – маленький теоретик, но крупный родственник.

К таким со временем не подступись. Он сам в принципе не против пристраивания детей. И куда их стоит приводить, если не в известное? Туда, где можешь им помочь. Он только против явного блата, когда и дело побоку, а специалист только надувает щёки. Читая справку, Иркин сказал:

– В этом все теоретики.

Между расчётом и результатом эксперимента, что успели провести, не было ничего общего. Этим бы дело и закончилось, но у Невмывако мелькнула мысль – воспользоваться. Он попросил расчёт на всякий случай, и случай выручил.

Невмывако попал в отдел не обычным путём, а как бы сверху. В отделе его до этого не знали, и было мнение, что он – ни то, ни сё, ни бе, ни ме, ни кукареку, и прислан кадрами дисциплину наводить, хотя он был в своё время не так уже и плох и начинал с многими, взявшими старт и затем круто взмывшими. А он как был, так и остался, как говорится, рядовым членом команды, и его помнили.

Днями позже он встретил на фирме старого знакомого. Профессор Левкович привёз на этот раз в Красноград группу академической молодёжи, на совещание по поведению жидкости в невесомости.

Невмывако попросил его посмотреть расчёт.

Слухи об абсолютной закрытости ракетной фирмы не были абсолютно верными. Главный, как мог, подключал к работе академические коллективы, но делал это осторожно. Можно и самому было под это загреметь «под панфары»». А побывать в знаменитом КБ уже стало почётно.

При изложении просьбы Невмывако детали скрыл, и выходило, что разбор расчёта – чуть ли не поручение Главного и тем самым проверка прибывших «на вшивость».

Пикантность ситуации состояла и в том, что задача движения топлива в баках числилась за Академией Наук. Но пока она там фундаментально формулировалась, необходимые сроки прошли. Проблему пришлось разрешать технически – перегородками в баках. Это производственников раздражало, поскольку увеличило вес. «Академиков» решили проучить. Расправа витала в воздухе, и тут возник Невмывако с расчётом.