Мангуп

И Тео вдохнул её аромат, погрузился в дремучий лес её тёмных волос, приложил губы к её груди, но Агния подняла его голову и они впервые встретились губами. Поцелуй был долог. Их колотящиеся сердца бились рядом…

Сначала Агния чуть-чуть постанывала, но постепенно всё громче были её стоны. И наконец, она издала крик, и стала наращивать темп. Уже не было чарующих, мелких подёргиваний, не было опьяняющих, ласковых движений, а была атака яростная, непрерывная, словно шли на штурм янычары, и конец был неизбежен.

Он надвигался, словно неотвратимый рок, он вырос, словно гигантская стена Константинополя, но и эта стена была разрушена, сметёна всепобеждающей лавиной под несмолкаемый, во весь голос крик Агнии.

Теодорик откинулся, часто дыша. Его глаза упёрлись в дощатый потолок, на котором играли языки пламени от настольной лампы. Перед глазами вставали картины прошедших дней, залитые кровью стены Великого Города, падающие вниз посечённые мечами тела османов. Постепенно дремота наваливалась на него, и он уже почти спал, когда почувствовал, что Агния гладит его грудь.

«Ах, да! Надо уделить девушке внимание!»– подумал он, и коснулся грубыми пальцами бархатистого тела. Но Агния была настойчива. Она знала, где гладить. И очень скоро Тео снова воспрял, снова его потянуло к её телу. Всё повторилось. Но от этого не стало привычнее, не стало скучнее. Она опять кричала, а он опять был очень доволен собой. А потом было ещё, ещё, ещё и ещё.

Под утро, Теодорик решил выйти на свежий воздух.

Он, сидя, оделся, потом встал, держась за стол, сделал несколько шагов, но когда выбрался в коридор и подошёл к лестнице, ведущей на палубу, то упал и не смог подняться. Отказали ноги. Он лежал на гладко выструганных, чистых досках и смеялся от счастья и недоумения. К нему подбежал Спаи Илья.

– Что с тобой? Ты ранен?

– Нет, Илья, я просто только что родился! Какая женщина!!! Женюсь!

Илья помог Тео подняться на палубу и усадил его на лавку. Постепенно силы возвращались к Теодорику.

Свежий утренний ветер гнал суда по Адриатике.

– Домой будем добираться сушей?– спросил Илья.

– Да. Другого пути нет. Турки теперь перекрыли все проливы. Продадим галеас и тронемся в путь. Но сначала женюсь.

– Посмотри на себя, Тео. Эта женщина за одну ночь высосала из тебя все соки. Ты не сможешь с ней нормально жить.

– И хорошо. Пусть я сдохну, но смерть моя будет прекрасной. За час любви отдам я жизнь свою.