Волчина позорный

Народу-то на фабрике да в подпольных цехах сколько! Потому он и знает всё,– пожал полковнику руку Малович-Зиновьев. – Всё, побежал я. Через час-полтора бумага с составом группы готова будет?

– Даже раньше. Жду тебя, в общем, – полковник козырнул и сел за стол работать. – А! Ты, Саша, надень мои очки. Они без диоптрий, для солидности. Но я не ношу. Жена купила, а я их в столе держу. И без них солидный. Морда – под генеральскую форму как раз. На. Очки внешность заметно меняют. Хотя тебя вряд ли кто знает из простых работяг или их зашифрованного руководства.

Александр Павлович нацепил очки, чтобы привыкнуть к ним и вышел на улицу, огляделся. Стоявших машин не было на полкилометра влево и вправо, люди тоже ходили, не останавливаясь. Никто Маловича не отслеживал. Он быстро пошел через площадь центральную мимо памятника Ленину, вокруг которого строем ходили пионеры в красных галстуках и пилотках, а девочки – в кумачовых косынках.

Они периодически салютовали памятнику, читали бравые речёвки и пели песни про Вождя пролетариата.

До дня рождения Владимира Ильича оставалась пара недель. Великому празднику должно быть достойное поминовение. Орали горны, тарахтели барабаны и мимо статуи туда-сюда мотались крепкие пятиклассники, держащие на полированных древках кумачовые транспаранты с большими белыми буквами «Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить!», « Я себя под Лениным чищу, чтобы плыть в революцию дальше» и « Пионеры делу Ленина верны!»

Взрослые граждане, которые имя Ильича тихо хранили в сердце и особо не тужились показывать на улице любовь к вождю, просто шли на работу.

Апрель уже с восьмого дня своего к народу стал набиваться в друзья и любимцы. Необычный в этом году объявился апрель. Чаще всего – в это время снег только чернеть начинает и сморщиваться. Ещё прохладно и на лужи даже намёка не бывает. А в семьдесят первом вышло так же, как двадцать лет назад. Убрало тёплое солнце весь снег, лужи ветерок южный подсушил, над деревьями и травой тоже поработал апрель с душой. Уже раскручивались светло-зелёные листочки из клейких берёзовых почек, обрастала твердыми маленькими листьями желтая акация, а над травой кое-где покачивались на бело-розовых ножках бледные пока одуванчики.

Прошлый год принёс в Кустанай моду на цветастые мужские шляпы, одинаково короткие прорезиненные разноцветные плащи и ботинки с высоким голенищем, куда следовало заправлять брюки. Поэтому разнообразия в одежде как бы и не было.