Камень. Книга десятая

Вроде все обсудили?

– Не все, но самое главное, – теперь я улыбался искренне, чувствуя, как меня начинает отпускать. – Если вечером не получится увидеться во дворце Гримальди, созвонимся и иносказательно обсудим реакцию родичей. Договорились?

– Договорились, – девушка тоже улыбалась. – Рада, что ты наконец-то пришел в себя!

– А я-то как рад! Но ничего, Сонечка, вот увидишь, я найду способ закрыться от тебя! – не удержался от ухмылки я.

– А я, Алексей, найду способ снова тебя видеть! – не осталась она в долгу.

И уже когда мы возвращались к остальной молодежи, я подумал: «Чуйка и в этот раз, похоже, не обманула, и я сделал правильный выбор… Но почему нет особой радости? Может, позже?»

Наше с Соней возвращение к остальной молодежи прошло без особых эксцессов, только Демидова и Хачатурян уж очень пристально посматривали в сторону Ольденбургской, ведущей себя, как мне казалось, достаточно естественно. Остальные молодые люди к такому нашему с норвежкой общению за последние дни уже привыкли и никаких вопросов не задавали.

– Леха, – вырвал меня Коля из созерцательного состояния, в котором подозрительный я отслеживал настроение окружающих, – ты бы Маше с Варей позвонил, отчитался за победу на дуэли. А то сестренки ждут, сообщениями нас закидывают…

Твою же!.. Опять только о себе думаю, а о близких забываю!

– Спасибо, Коляшка! – поблагодарил я брата и обратился к молодежи: – Друзья! Прошу прощения, но вынужден вас покинуть – надо сестрам позвонить.

И Алексии тоже…

С Марией и Варварой я разговаривал на «свежем воздухе», отойдя от шатров метров на пятнадцать.

– Лешка, мы с Варей на тебя обижены!

Именно с этой фразы началось наше общение, и мне показалось, что я это недавно где-то слышал…

– Почему ты нам сразу не позвонил? – продолжила отчитывать меня старшая сестра. – Почему мы должны узнавать все подробности твоей дуэли от папы, бабушки и Коли с Сашей? Почему, Алексей?

– Ну простите меня, сестренки! – вздохнул я.

– А кто уже успел наметить поездку в Париж? – тон Марии сочился ядом.

– Машенька, меня заставили… – «обреченно» протянул я и не смог удержаться от улыбки: – Да и в Париж мы летим всего на сутки.

– На целые сутки, братец! Это обойдется тебе еще в месяц нашего проживания в твоем особняке.