Камень. Книга четвертая

И опять знакомый метрдотель поприветствовал нас на входе, так же, как и персонал внутри, и опять эта уютная, домашняя атмосфера «родного» ресторана.

– Скучаешь? – спросил меня Сашка, когда мы в сопровождении администратора осматривали два длинных накрытых стола для фуршета в начале зала и оставшиеся нетронутыми места в конце, где уже стояли холодные закуски и корзины с фруктами. На этих столах поблескивали таблички «Бронь», они предназначались для моих сестёр и всей нашей компании.

– Скучаю, – кивнул я.

 – А ты?

– И я, – вздохнул друг. – Казалось бы, только вчера здесь собирались… А столько всего уже успело случиться…

– Будем захаживать, – отмахнулся я. – Место действительно успело стать родным. Пойдём, сейчас наша компания начнёт собираться. И, Саша, сегодня фактически состоится твоё первое официальное знакомство с малым светом. Ты же меня не подведёшь?

– Не подведу, – вздохнул он. – Деваться всё равно некуда. Сам на эту авантюру согласился.

Первой, к вящей радости Сашки, прибыла Кристина Гримальди, охрана которой даже и не пыталась больше спорить с дворцовыми. Затем Голицыны с Шаховской, а за ними и Долгорукие, Юсупова и Шереметьева.

– Миленько, – выразила общее мнение Инга после беглого осмотра ресторана. – И столы грамотно поставлены, сразу как-то места добавилось, – администратор и присутствующие официанты кивнули, принимая заслуженный комплимент. – Ну, Алексей, пойдём на вход гостей встречать? Сейчас уже должны начать собираться.

***

– Государь, Никпаи замечены в парке недалеко от ресторана «Русская изба», где Алексей Александрович устраивает эту великосветскую тусовку, – отчитался Пафнутьев. – Как вы и приказывали, докладываю сразу вам.

На видеосвязи с императором находились ещё двое: его сын, Александр Николаевич, и брат, Владимир Николаевич.

– Откуда именно они узнали об этом мероприятии, пока установить не удалось, но вся светская Москва уже обсуждает приём Алексея Александровича.

Секрета никто из этого не делал, как и из присутствия на мероприятии великих княжон, – продолжил Пафнутьев. – К Никпаям присоединился третий, чью личность нам пока установить не удалось. Но Лебедев, привлеченный мной к операции, однозначно заявляет, что третий – колдун, причем не из самых умелых. По крайней мере, Лебедева он не учуял, хотя сам и пытается скрыть своё присутствие.